Овеянный тайнами храм Святого Ипатия в Гагре

Храм святого Ипатия  в крепости Абаата у въезда в Старую Гагру имеет древнюю и захватывающую историю. Простая в своей архитектуре небольшая церковь овеяна тайнами. И чем дальше вглубь столетий, тем больше переплетается реальность и легенды.

Крепость Абаата у въезда в Старую Гагру — одна из самых известных достопримечательностей города-курорта. Это древнее оборонительное сооружение Абхазии и всего Черноморского побережья Кавказа, остатки которого примыкают к знаменитому гагрскому Приморскому парку. 

Кем и когда именно крепость была построена, историкам доподлинно неизвестно. Разные источники датируют это событие от II до XI веков. Тем не менее, большинство ученых придерживаются мнения, что сооружение появилось в V веке, в период ослабления Византийской империи и зарождения раннеабхазских княжеств. 

Крепость, расположенная у входа в Жоэкварское ущелье у одноименной реки, фактически ограничивала беспрепятственный доступ к восточным землям. Строительство оборонительного сооружения разные ученые приписывают то римлянам, то абазгам. 

На протяжении своего существования крепость переходила из рук в руки. В частности, в XIV веке Абаату заняли генуэзцы. Они основали на территории современного города Гагра факторию Какара, которая значится на средневековых картах, составленных  Пьетро Висконти. Выходцы из Генуи разместились в одной из частей Абааты, чтобы вести торговлю с древними абхазскими племенами. Впоследствии эту прибрежную башню назвали Генуэзской. 

Генуэзцев из крепости вытеснили турки, а в период позднего Средневековья цитадель стала убежищем абхазских племен. Но уже в 1830 году ее заняли русские войска, которые построили здесь бастионы и заново возвели крепостные стены с бойницами для ружей и пушек. В этот период служить в Гагрскую крепость отправили писателя Александра Бестужева-Марлинского.

"Я переведен в ужасный климат Абхазии. Есть на берегу Черного моря, в Абхазии, впадина между огромных гор. Туда не залетает ветер; жар там от раскаленных скал нестерпим, и, к довершению удовольствий, ручей пересыхает и обращается в зловонную лужу. В этом ущелье построена крепостишка, в которую враги бьют со всех сторон в окошки, где лихорадка свирепствует до того, что полтора комплекта в год умирает из гарнизона, а остальные не иначе выходят оттуда, как со смертоносными обструкциями или водянкою. Там стоит 5-й Черноморский батальон, который не иначе может сообщаться с другими местами как морем, и, не имея пяди земли для выгонов, круглый год питается гнилью солонины".

Так нелицеприятно о своем пребывании в крепости Абаата он писал в июне 1836 года.  

В письме издателям журнала "Московский телеграф", братьям Полевым Бестужев-Марлинский отмечал, что "за вал нельзя высунуть носа, а в самой крепости ходить — пули врагов с окрестных скал бьют людей даже на койках. Полтора комплекта в год поедается там цингою и лихорадками, и не было примера, чтобы кто-нибудь выжил там более двух лет или после двух лет без страданий до конца жизни, — а жизнь коротка после Гагр".

Тем примечательней, что полвека спустя Гагра, которую писатель наряду с Пицундой называл самыми "гробовыми местами на побережье" превратилась в дорогостоящий рентабельный курорт на побережье. В чем непосредственная заслуга небезызвестного принца Ольденбургского. 

Создав из городка русский Монте-Карло, представитель царской семьи, тем не менее, не стал церемониться со средневековой крепостью и приказал разрушить крепостные стены, чтобы построить на этом месте комфортабельную гостиницу.

Как ни парадоксально, крепость, пережившая многие военные сражения, была разрушена по приказу мецената и созидателя, создавшего современный облик знаменитой Гагры. 

Несмотря на то, что в настоящий момент в первозданном виде Абаата не сохранилась, храм, расположенный на территории крепости, остался нетронутым. Ему оказались нипочем многочисленные сражения, смена хозяев крепости и то, как после Крымской войны вернувшиеся в гарнизон русские военные превратили его в пороховой погреб.

"Это самая первобытная, самая простая крепость, какую только можно видеть среди церквей первых веков христианства", — писал о нем швейцарский этнограф Фредерик Дюбуа де Монпере. 

К небольшому каменному строению ведет живописная кипарисовая аллея. Пройдя по мощенной известняковыми плитами дорожке, мы оказываемся у входа в средневековый храм, над которым изображен Мальтийский Крест, установленный, как сообщает предание, по желанию покровительницы этого храма принцессы Ольденбургской.Стены храма выложены из отесанных известняковых блоков разной величины. Базилика состоит из трех продолговатых залов, северный несколько короче двух других. Эти три сводчатых помещения связаны между собой дверями в продольных стенах. 

Как отмечает ряд исследователей, храм не выделяется особенными художественными достоинствами, простотой своей структуры и соотношением частей, при котором лишь немного выделен средний зал. Он является древнейшим образцом трехцерковных базилик. 

Храм покрова Божьей матери в крепости Абаата возвели в VI-VIII веках. Позже он был освящен во имя Святого Ипатия по одной из версий Гангрского, по другой Гагрского. 

Епископ Гангры, сейчас это город Чанкыры в Турции, Святой Ипатий участвовал на I Вселенском Соборе в городе Никее в 325 году. Его убили по возвращении домой, еретики изранили его мечами и кольями и сбросили с высокого берега в болото. Жители города, которые почитали своего главу, похоронили его в городе. Позже, как отмечают многочисленные христианские авторы, на могиле святого случалось много чудес, в частности, исцелялись больные.

Однако, по другой версии, которой придерживается известный абхазский краевед и этнограф Симон Басария, в этих краях жил святой Ипатий Гагрский из рода Званба, чьи мощи предположительно покоятся в этом храме. Именно в честь него, по мнению ученого, и был переименован гагрский храм. 

В одной из своих книг Басария писал: "В часе ходьбы от Гагры, на значительной высоте в живописном ущелье есть большая пещера, где, по преданию, скрывался Гагринский епископ Ипатий во время гонений на христиан”.

Посетивший Гагрскую крепость в 1833 году Дюбуа де Монпере пишет, что, несмотря на то, что Гагра всегда была местом ссылки, в особенности во времена греческой империи, эти места даже породили своих святых. Однако ученый и путешественник из-за незнания языка называет имя собственное в женском роде "Ипатия".