Пенсионерку принудили на коленях ползти до врача (Уфа, НТВ) ⁠ ⁠

3. Запрещены призывы к экстремистским действиям, оскорбления и провокации.

нахер пошли. я с острым панкреатитом так же полз на коленях. и ничего - дополз.

обезболивающее не дают, чтобы не сглаживать клиническую картину.

вы наверное щас прям обоссытесь от гуманистических ценностей, но один из тестов заживления хирургического шва - тест на болевой синдром.

Врач будет пихать инструмент в шов, пока не увидит боль. Потому что если боли нет - это некроз и это очень плохо.

не лезьте, б-ть, куда не знаете.

прям принудили. под пытками и пистолетом у виска

"ВМЕСТЕ, НО НЕ ВМЕСТО"⁠ ⁠

Ух, что было! ЗаМЕЧТАтельный выдался денёк. А всё потому, что в больницах я была не одна. Так вышло, что последние лет пять работаю соло, хотя медицинские клоуны обычно ходят в паре, но как-то вот не складывалось. Другого такого же погружённого в работу коллегу искать пришлось много лет, но какое счастье всё-такие найти его, а точнее её!⠀Катя, которая Шпуля, - это с ней мы работали в Ростове-на-Дону и Краснодаре, во время проведения региональной школы клоунов, - выходили в больничные палаты и ездили в пункт временного размещения беженцев. Всё было впервые и вновь, но мы не только учились партнёрить сами, ещё и на своём примере учили студентов, будущих коллеги по красному носу. Всё это было волнительно, но мы справились. Сейчас мой друг проездом в Москве и спонтанно родилась идея поработать в паре - Шпуля и Тик-Так снова вместе.⠀Встретились у метро, обнялись, пошли в первую больницу, настроились и началась чистая клоунада, которая рождается в эту самую секунду - «здесь и сейчас». Самое важное в нашем деле - импровизация и партнёрство. Импровизировать в принципе может научиться каждый, а вот делать это дуэтом сложно. Только если мы разнозначные партнёры и никто не перетягивает оделяло на себя, получается объединить всех (детей, взролсых, медицинский персонал), создать общую игру, которая каждого поддержит и обрадует! ⠀Кстати, именно врачи придумали название нашей паре «Одно но» или «Вместе, но не вместо» - класс! Это самое прекрасное, когда рождаются фантазии и люди их вслух высказывают, не боясь, что их не так поймут. Вообще, прекрасно то, как доктора и сёстры реагирует на красноносую братию! Один врач нас увидели и говорит: «Думаю, ну её, эту больницу, а тут Вы появляетесь и уже гораздо лучше»! Да, порой надо всего лишь появиться и темы для обещния находятся сами собой!⠀Во взрослом отделении удивляли пациентов своим исренним вниманием, коленопреклонением и поцелуями, когда красный нос касается руки какой-нибудь прекрасной королевы! Нашли Шпуле жениха, который тоже был в тельняшке, она пыталась поразить его знанием планет солнечной системы в правильной последовательности. Родилась шутка «Помашем Маше», которая очень развеселила девушку перед кабинетом врача. Презентовали сидевшим в коридоре лимузин класса «а» и наградили фею чистоты благодарностью! Даже взрослого дядю смогли разеселить тем, что рассекретили его, сказав, что по форме узнали - он служит в озёрных и подболотных войсках. Затем отыскали сестру Шпули, с которой её разлучила судьба, устроили «Жди меня» и долгожданную встречу с воссоединением семьи. Полнейший и прекраснейший бред, от которого не только пациенты, но и мы сами хохотали, ведь получалось очень здорово!⠀Ещё был удивительный момент, когда нас врач во взрослом отделении позвала, сказав, что она пациентку расстроила, а Вы обрадуйте. И у нас снова получилось! Потом доктор сказала, что девушка не ожидала, т.к. сама работает в благотворительном фонде и обычно именно она приглашает клоунов для других… Всё, что случается - важно и ценно для каждого из нас! Как мы с Катей любим говорить, хвала всем Клоунским и Человеческим Богам за то, что это происходит с нами. ⠀Самое главное - все, кто нас встречает и играем с нами, понимают, что мы адекватные и пришли не для того, чтобы нарушать правила больницы. Наша задача - помочь пережить эмоции и мы отлично справляемся, потому что любим то, что делаем! Именно это даёт силы продолжать. ⠀После первого выхода обсудили произошёдшее, пообедали, направились во вторую больницу. Там нас ждали в детских отделениях хирургии и педиатрии. И чего там только не было. Когда партнёры подхватывают и развивают идеи друг друга - происходят настоящие чудеса. Мы встретили обладателей священной подушки и угадывали их имена; совершали настоящие фокусы и чудеса, при этом сдувая Тик-Така со стула; сеяли невидимый бамбук, которым питается панда, что живёт в одной из палат; чуть не превратили Шпулю в лягушку, думая что она потом станет принцессой; нашли новый вид клоункой аллергии - на серьёзные брови… Дети с удовольствием присоединяются к играм воображения и сами придумывают замечательные фантазии! Удивляли и смешили родителей, которые явно не ожидали появления клоунов, но радовались и благодарили за то, что увидели как их мальчишки и девчонки снова улыбаются!⠀Не знаю, как так получается, но мы приходим в самое вовремя. Это невозможно рассчитать или предугадать, но происходит так довольно часто. Заходим к одной малышке, она сначала начинает плакать, думая, что мы врачи и будем делать больно. Успокаиваем её вместе с мамой, знакомим с игрушечным хомяком (с нами был исполняющий обязанности Виталия Павловича, который временно отправился в отпуск). Она начинает аккуратно его гладить, а затем радостно кормит плюшевого друга солёной соломкой, которую ела сама. Тут заходит медсестра - пришло время процедуры. Девочка снова в слёзы, но нам удаётся переключить внимание - хомяк лаского гладит её и целует пятки, клоуны поют и запузыривают, надувая большие пузыри. И наша героиня забывает о том, что плакала, хотя медицинская манипуляция продолжается… Это то, что между собой называем клоунской магией - просто мы верим, что у нас получится и сами счастливы невероятно от того, что так всё и случается!⠀Такой вот выдался насыщенный чудесами день. Он был восхитительным! Спасибо большое руководителю нашей организации «ЛенЗдравКлоун», Наде Лауниц, за то, что благодаря ей всё это случается с нами. Благодарю также Евгения Витальевича Ледина, заведующего отделением химиотерапии «Медси» во втором боткинском проезде, и Дмитрия Кирилловича Азовского, заместителя главного врача по педиатрии «Медси» в Отрадном. Всё только начинается!⠀"ЛенЗдравКлоун" : Мы не просто развлекаем, а здравоохранение развиваем :🔴)

Ответ на пост «Мононуклеоз у взрослого»⁠ ⁠

В 2018-2019 годах работала участковым педиатром, было мне 25 лет на тот момент

Часто болела, в основном бронхитами и ангинами с фарингитами

После увольнения, ближе к осени, когда погода была уже не айс, пошла в кино

Просмотр фильма омрачила дикая холодина в зале.

Еле досмотрев фильм, поехала домой.

Вечером всё было неплохо, ничего не болело.

На следующий день утром стою на кухне, готовлю обед и понимаю, что стоять-то мне тяжело.

Еще и горло побаливает с одной стороны.

Я к зеркалу—открываю рот, а там, с левой стороны, белый налёт на миндалинах.

Ну, что ж, несите антибиотики, как говорится

В аптечке был только не защищенный Флемоксин Солютаб (Амоцксициллин, по-нашему), ну, думаю, пока начну, муж после работы купит стартовый антибиотик в таких случаях—Амоксиклав

С каждым часом становилось хуже, температура с противной 37-37,3 поползла выше и не думала останавливаться

Когда было уже 38-38,5, я просто лежала лёжнем

Дико разболелась голова, в ней даже что-то щелкало

Вспоминать, на самом деле, стыдно: я врач, а об ИМ даже не подумала!

С Амоксициллина, естественно, не было никакого толка, впрочем, как и от Амоксиклава

Горло сильно болело, раздуло шею, налет появился с обеих сторон, просвет гортани сильно уменьшился, пропал голос (мужу этот симптом понравился)))-шутка)

Понятное дело: ни пить, ни есть—не реально

Про общее состояние разбитости, думаю, и говорить не стоит)

Муж стал паниковать, что температура-то не снижается, да и я какая-то плоховыглядящая

К врачу не пошла, тк не работала и мы оба с мужем таковыми являемся

Через дня 3 было решение купить Сумамед (Азитромицин) и попробовать его, и если что, уж точно(!) — к врачу

Помог, сразу, с первой таблетки

Постепенно стал уходить отёк, с бесконечными полосканиями фурациллином—пропадать налёт

А теперь о последствиях: после перенесённого ИМ лимфоузлы сократились, но не совсем, и меня это сильно беспокоило ( да-да, про лимфому я тоже подумала)

И только тогда решила сдать кровь на Ig G к ВЭБ (хотя ИМ вызывается не только этим вирусом, но чаще—им)

Результат—Ig G повышен в сотни раз, что говорит о стопроцентной встрече с вирусом, причем в хорошем таком количестве

Пропила полиоксидоний, тк что с этими лимфоузлами делать—не знала

Даже помогло—после 10-дневного курса л/у заметно подсдулись и жить стало веселее

По УЗИ сердца, внутренних органов—без патологий, считай, повезло)

К чему было написано про кинотеатр?

А к тому, что переохлаждение послужило толчком к развитию заболевания, так называемым «простудным фактором»

Вирус уже был в организме и просто ждал своего часа)

С л/у до сих пор проблемы: малейший прохладный ветер, и их начинает дёргать (хотя по анализам—всё хорошо)

Всем здоровья, не болейте)

Она была актрисою . (Из жизни хирурга)⁠ ⁠

Этимология слова симулянт указывает на его латинское происхождение от логос simulans, что означает подражающий, подражательный, однако некоторые лингвисты склонны считать его «предком» немецкое выражение simulant.

Симуляция (притворство) в медицине – особый и изощрённый вид обмана, когда на кон выставляется «самое святое» - здоровье человека. Дети врут, что они болеют, для того, чтобы не идти в школу или садик; взрослые - создают видимость наличия у них какого-либо заболевания или синдрома с целью получения освобождения от работы или заветной справки. «Косят» от армии и трудовых повинностей, от тюрьмы и сумы, от утренника или контрольной работы, от обещаний и обязательств, в общем, - от всего, что только можно, причём, симулировать может как психический больной (истерики, психопаты, неврастеники), так и совершенно здоровый человек.

За долгие годы работы врачом мне приходилось иметь дело с симулянтами всех родов, величин и сортов. Кто-то из них растворился в памяти «без осадка», а некоторые так глубоко «засели» в подкорке, что забыть их просто невозможно.

…В начале восьмидесятых годов прошлого века, на первом году клинической ординатуры по абдоминальной хирургии, я имел возможность общаться с одной экстравагантной, экзальтированной особой из высших культурных слоёв нашей республики – заслуженной артисткой N. Поступила она к нам в отделение с атипичной картиной острого живота на фоне депрессивного состояния, вызванного семейными проблемами. Мне, как лечащему врачу, «под большим секретом», стало известно о любовных похождениях её мужа – человека красивого и видного, но недалёкого и склонного к алкоголизму. Со слов пациентки, во время очередного скандала, желая отомстить «проклятому альфонсу», она выхватила из шкатулки для рукоделия несколько швейных иголок и демонстративно их проглотила.

В те годы ещё не было УЗИ, МРТ и КТ, поэтому N незамедлительно взяли в рентгеновский кабинет и выполнили обзорную -скопию и -графию в прямой и боковой проекциях органов брюшной полости. Действительно, в контурных зонах печени, правой почки и илеоцекального угла были обнаружены три тени от металлических предметов, напоминающих швейные иголки. Для контроля, на нижнее кружевное бельё, в котором пациентка находилась во время исследования, была помещена большая хирургическая кожная игла. На повторных снимках плотность игл совпала полностью, что косвенно подтвердило диагноз инородных тел брюшной полости. Больную начали готовить к операции.

Следует отметить, что события происходили в многопрофильной городской больнице, где основную массу пациентов составляли жители мегаполиса. Для них, увидеть воочию и даже «потрогать» (посмотреть с близкого расстояния) заслуженную актрису, было верхом эпатажа и «непередаваемым очучением». Навещающие и ухаживающие родственники больных, также неоднократно делали в крюк в другое крыло отделения, чтобы хоть одним глазком взглянуть на живую легенду национального фольклора республики.

Пациентка вела себя очень раскованно, охотно общалась с врачами и медсёстрами отделения, пациентами и их родственниками, раздавала автографы и, нередко стоя в центре коридора, выслушивала бесконечные дифирамбы и восторженные эпитеты в свой адрес. Даже сейчас, по прошествии многих лет, эти театральные сцены до сих пор стоят у меня перед глазами, как и вспоминаются тогдашние мысли о том, что с N что-то не совсем в порядке. Точнее, наоборот, с ней было всё хорошо, слишком замечательно для человека, проглотившего три швейные иголки, две из которых находились в нескольких миллиметрах от воротной и нижней полой вен. По молодости и неопытности я в той ситуации полностью положился на «старших товарищей», авторитет которых был непререкаем и ни у кого не вызывал никаких сомнений.

Операция. Общее обезболивание (эндотрахеальный наркоз). Верхнесрединная лапаротомия. Тщательная ревизия содержимого брюшной полости. Ничего нет. Искали и так, и эдак. Даже стерильным магнитом «прошлись» по всем «закоулкам» и «переулкам». Пусто. Как же так? Этого не могло быть, потому что просто не могло быть в принципе. Рентгеновские снимки висят в операционной. Всё чётко и ясно. Но ничего нет. Пригласили рентгенолога. Сделали снимок переносным аппаратом. Вот они – три иглы, но значительно смещены, причём так, что одна из них чуть ли не в плевральной полости. Как же они за короткий промежуток времени «прошли» такое значительное расстояние? Ничего не понятно, но факт, что в брюшной полости этих иголок нет. Это ясно. И не ясно. Через пару часов бесплодных поисков операцию было решено закончить. Операционная бригада - профессор, заведующий отделением и ординатор – были мокрыми, как после дождя, растерянными, как заблудившиеся дети и злыми, как голодные собаки.

Случай был беспрецедентным. Фактически, на операционный стол взяли здорового (?) человека, «вспороли» ему живот, что-то там «пошуршали» и зашили. А что искали-то? Говорят – corpori alieni (инородные тела, пер. с лат.) брюшной полости (швейные иголки). Нашли? Нет. А почему? По кочану. А какие показания, вообще, были к операции? Инородные тела. А где они? Неизвестно. А клиника была? Вроде была. А, может, не была? А, может, и не была. Но вроде была. Тогда какого хрена? И т.д. и т.п. Наши диалоги с дяденьками в «мышиных шинелях» (сиречь – следователями из всех возможных министерств и ведомств), после смерти N через полгода в нашем отделении, были похожи на игру в волейбол, но только без мяча.

После эндотрахеального наркоза и лапаротомии, пусть даже и эксплоративной, человек приходит в себя несколько суток. Ещё пара-тройка дней требуется для того, чтобы он сидел в постели, потом аккуратно начал ходить по палате. На седьмые-восьмые сутки снимаются кожные швы. Всё эти сроки прошли, и N снова появилась в коридоре. Карусель славы закружилась с новой силой.

Что с ней делать дальше? Снова рентгенография и –скопия органов брюшной полости. Три иглы в проекции различных органов. Клиника? Неясные боли, со слов пациентки, «тут и там».

По настоятельной (!) просьбе больной и соответствующей «клинической картиной», через две недели выполнена повторная лапаротомия. И снова – пусто. Через две недели – ещё одна безрезультатная операция. А потом началась спаечная болезнь. Острая кишечная непроходимость с резекцией тонкой кишки. Ещё и ещё. До тех пор, пока после очередной операции не последовала острая сердечно-сосудистая недостаточность, явившаяся причиной летального исхода.

…После смерти N, судебно-медицинского вскрытия и торжественного предания тела земле в окружении культурного бомонда республики, многочисленных почитателей и родственников, вскрылись некоторые обстоятельства этого таинственного и запутанного дела.

Санитарка, меняющая постельное бельё в отдельной палате, где всё это время находилась заслуженная пациентка, обнаружила под матрасом начатую упаковку швейных игл. Такая же находка была обнаружена в прикроватной тумбочке под аккуратно сложенным полотенцем.

Надеюсь, теперь вы и сами всё поняли. Талантливая, красивая, жизнерадостная, известная в республике и за её пределами певица, восходящая звезда театральной сцены, была глубоко несчастной в личной жизни женщиной. Пытаясь любыми путями удержать возле себя горячо любимого человека, она терпела его пьянство и гулянки, брань, ругань и рукоприкладство. Отчаявшись, она не придумала ничего лучшего, как оказаться на больничной койке, сымитировав акт глотания швейных игл, наивно полагая, что муж будет рядом, и их добрые отношения можно будет реанимировать. Но он так ни разу и не пришёл. А иголки она просто втыкала в швы красивой импортной «ночнушки», с которой не расставалась ни в рентгенкабинете, ни в операционной…

Как порой наша судьба зависит от того, кто по жизни находится рядом…

Кому-то везёт и у этого человека вырастают крылья…

Другие бьются всю жизнь, как рыба об лёд, в поисках выхода…

А кто-то глотает таблетки накануне своей последней ночи…

Полип (Из жизни хирурга)⁠ ⁠

В первые годы работы врачом, при прохождении клинической ординатуры по хирургии, мне посчастливилось быть свидетелем и активным участником знаменательного события в истории флагмана нашего регионарного здравоохранения - РКБ. Эта дата коренным образом изменила существовавшие ранее представления, возможности и тактику полостных хирургов, и открыла новые горизонты дальнейшего развития оперативной хирургии. Не было фанфар и цветных воздушных шариков, гостей из дальнего и ближнего зарубежья, высокопоставленных чиновников из Минздрава и шампанского с импортными шоколадными конфетами. В клинику пришли люди в фирменных синих комбинезонах с белыми надписями на спинах «OLYMPAS», занесли в наше хирургическое отделение несколько прямоугольных коробок с аналогичными логотипами, дождались оформления документов и, также незаметно, как и появились, исчезли.

Глаза и лицо заведующего, в то время ещё эндоскопического кабинета, светились от радости, а руки бережно извлекали и освобождали от поролоновых и картонных прокладок вначале фиброгастродуоденоскоп, а потом - колоноскоп с многочисленными аксессуарами. Собравшаяся вся свободная от операций хирургическая рать, с неописуемым восторгом рассматривала невиданные доселе аппаратуру с инструментами и, постоянно упоминая всем известную «япону мать», поздравляла зава и друг друга с новой эрой в истории отечественной хирургии. Наконец, пощёлкав языками, и, выразив свои бурные эмоции, хирурги разошлись по своим рабочим местам, а я несколько задержался.

Тут надо сказать два слова о нашем заведующем эндоскопическим кабинетом. Невысокого роста, коренастый и жилистый, из самого глухого отдалённого района республики, он, как говорится, отличался крестьянской смекалкой, недюжинным умом и правильно вставленными руками. Уже спустя довольно короткое время, на утренних пятиминутках, он эпатировал нас рентгенологическими картинами эндоскопической ретроградной панкреатохолангиографии и другими «шедеврами» инновационных методик того времени. А в тот день заведующий с немецкой педантичностью разложил и развесил фиброскопы и остальные причиндалы по специальным шкафам и приспособлениям, а перед последним «буфетом» ненадолго приостановился и задумался. Немного поразмыслив, он обратился ко мне со словами:

- Михалыч, у меня тут барахло разное, а кое-что теперь уже совсем не нужно. Цистоскопы отдам урологам, эзофагоскоп спишу, а ректоскоп, если хочешь, забирай себе – будешь вместо пальцевого исследования per rectum выполнять ректороманоскопию (эндоскопическое исследование прямой и сигмовидной кишки).

- А что, чем чёрт не шутит? – подумал я.

В моих наивных ординаторских мозгах тут же нарисовалась картина: длинная, выходящая на улицу очередь страждущих обследовать ректосигмоидный отдел своего пищеварительного тракта у молодого перспективного доктора. Предварительная запись по телефону на месяцы вперёд, телевидение, смущенные дамы с гвоздиками в интимных местах («Доктор, это Вам»), коньяки, благодарности в газету…

- Короче, Склифосовский, берёшь или нет? - вернул меня к суровой реальной действительности заведующий.

- Ээээ… это… конечно… беру… - с придыханием ответил я, спускаясь с небес.

И тут же принял в руки Г-образный увесистый ректоскоп «Красногвардеец» пушечного калибра, образца тысяча девятьсот семидесятого года, больше похожий на дуэльный пистолет восемнадцатого века. Господи, да им же убить можно, как же его ещё в anus (заднепроходное отверстие, пер. с лат.) засовывать?

Инструкции к этому реликту, конечно же, не нашлось. Пришлось посидеть в библиотеке, почитать соответствующую литературу, поездить по другим городским больницам в плане обмена опытом. Дома возникла необходимость потренироваться на старом валенке и автомобильной камере, кое-что модифицировать и подремонтировать и, знаете, что я вам скажу – дело пошло. Не так, чтобы уж совсем с фанфарами и сообщениями ТАСС, но, тем не менее.

Оказалось, что как наша Россия богата хорошими людьми, так и прямая кишка с дистальным отделом сигмы – полипами, трещинами, изъязвлениями, геморроидальными узлами и пр., пр., пр. Самым неожиданным оказался тот факт, что больные, находящиеся у нас в отделении с язвами желудка и двенадцатиперстной кишки, калькулёзными холециститами, парафатериальными дивертикулами, ахалазией кардии и другой патологией верхнего этажа брюшной полости, даже и не представляли себе, что у них творится в противоположном конце дигестивного тракта. Совсем как в том анекдоте:

- Доктор, что-то мне в жопе нехорошо.

- А что же в ней может быть хорошего-то?

Да и как они могли себе это представлять, если на тот момент у них не было никаких жалоб вообще? Наконец-то я понял всю гнилую сущность «проклятых капиталистов», которые в обязательном порядке, в рабочее время, два раза в год (!) направляли своих сотрудников на эндоскопическую ректоромано- и фиброгастродуоденоскопию (эндоскопическое исследование пищевода, желудка и двенадцатипёрстной кишки). А потом в амбулаторных условиях, без отрыва от производства, удаляли полипы и заклеивали язвы биологическими клеями с их последующим заживлением. Теперь представьте себе нашего передовика производства дядю Федю, долго лечившегося от хронических запоров, а госпитализированного, наконец, с низкой обтурационной кишечной непроходимостью, возникшей на фоне рака прямой кишки, осложнённого канцероматозом брюшной полости. А ведь речь идёт не о мезозойской эре, а о начале восьмидесятых годов прошлого века! У нас в деревне говорили: ясно – лошадь, раз рога. Ясен пень, у кого ближайшие и отдалённые результаты хирургического лечения рака прямой кишки будут лучше. Но, оказалось, что япошки перехитрили нас и на этот раз.

Много лет спустя, проходя стажировку в институте Склифосовского, я обратил внимание на одну статью в зарубежном эндоскопическом журнале. Какой-то исследователь Ясука из префектуры Тосикатокака описывал результаты проспективных рандомизированных методов лечения язвенной болезни двенадцатиперстной кишки у экспериментальных белых мышей. Модель создавалась эндоскопически (!), таким же образом осуществлялось и лечение. Год издания журнала совпадал с тем же периодом, когда в нашу клинику был внедрён метод эндоскопической фиброгастродуодено- и колоноскопии. Выходит, уже в то время, когда япошки «сплавляли» нам устаревшие образцы своих эндоскопов, сами они располагали более усовершенствованными приборами. А окончательно меня добила цветная фотография двух эндоскопов, «встретившихся» нос к носу в тонкой кишке. Как говорится: без комментариев.

Жирную точку в моей восходящей карьере ректороманоскописта поставил один случай. В клинику поступил больной с язвенной болезнью двенадцатиперстной кишки. Хорошо известно, что эта категория пациентов отличается от «желудочных» язвенников тем, что им, для купирования болевого синдрома, постоянно приходится что-то кушать. В связи с этим, их толстомордый и упитанный хабитус (внешний вид) не такой, как у тощих и костлявых «желудочников», боящихся пищи, как огня.

Вот и наш пациент, ростом под два метра и массой более ста двадцати килограммов, внешне очень похожий на артиста Моргунова, не был исключением из правил. При заполнении истории болезни обратил на себя внимание тот факт, что у него периодически обнаруживалась алая или темная кровь в стуле. Однако, при пальцевом исследовании per rectum, геморроидальных узлов или полипов в доступном отделе кишки обнаружено не было. Анализ кала на скрытую кровь также дал положительный результат. Понятное дело, что перед планирующейся операцией селективной проксимальной ваготомией с соответствующей пластикой, было решено выполнить ему ректороманоскопию.

Мужчина оказался вполне адекватным, разумным, понятливым пациентом и против деликатной процедуры, в отличие от некоторых других больных, рассматривающих исследование как посягательство на их честь и достоинство, возражений не имел. После двух вечерних и двух утренних очистительных клизм ему сделали премедикацию, и он занял «достойное» коленно-локтевое положение в перевязочной. Прошу прощения, но его Жопа (именно так, с большой буквы) напоминала собой торцовую часть двухсотлитровой промышленной бочки для жидких продуктов. Я обильно смазал область заднего прохода и сам ректоскоп густым вазелином, аккуратно и осторожно вращательным движением ввёл тубус на небольшую глубину, извлёк стержень-мандрен, надел окуляр и подключил источник света. Далее, под визуальным контролем, стал медленно продвигаться глубже – вначале горизонтально, а потом кверху к крестцу, слегка подкачивая воздух баллоном Ричардсона.

Твою мать! Я сразу же понял, что вечерняя дежурная сестра никаких клизм больному не делала, потому что, натурально, очутился в округлой пещере, изобилующей сталактитами и сталагмитами в виде каловых масс, в простонародье называемых говном. Точь-в-точь как пишут школьники в своих сочинениях: нос Гоголя был наполнен глубочайшим содержанием.

Что делать? Посылать его снова в туалет, а потом опять загонять в стойло, как норовистую кобылу, в позу «раком»? Как-то не совсем удобно и неэтично. Делать нечего, попробую так, а дальше видно будет. На всякий случай, попросив медсестру подержать ректоскоп, подошёл к больному спереди и справился о его самочувствии. Оказалось, нормально. Кстати, руки у него были согнуты в локтях, а голова покоилась на кистях, уложенных на прихваченную из палаты подушку. Ни дать ни взять – нет, это я не про ангину при месячных – вылитый Моргунов из «Кавказской пленницы», когда Шурик с напарником делал известной троице уколы со снотворным.

Я снова «зашёл» пациенту с «черного хода» и продолжил осмотр слизистой прямой кишки. А вот и рыбка! На шести часах, в верхней трети rectum (прямой кишки, пер. с лат.), обнаружен изъязвлённый полип на тонкой ножке диаметром около одного сантиметра. «Это была большая и неожиданная удача», - сказал голос Ефима Копеляна за кадром. У меня даже «зубы вспотели» от такого «улова». Так или иначе, причина появления крови в каловых массах стала понятной, как и то, что планируемая операция, скорее всего, отменяется и, наряду с выпиской, придётся писать направление в Республиканский онкодиспансер. Осталось только удалить новообразование для патогистологического исследования. На всякий случай «поднялся» прибором до ректосигмоидного отдела – всё чисто, больше ничего нет. Я аккуратно подвёл и затянул на ножке полипа металлическую петельку для термокоагуляции, а также бережно прихватил его тело биопсийными щипчиками. Готово. Осталось только нажать на педаль аппарата, что я незамедлительно и сделал.

В ту же секунду раздался взрыв.

Вместе с ректоскопом и всеми причиндалами я был отброшен назад ударной волной, и буквально «впечатался» в кафельную стену перевязочной, больно ударившись затылком. Каловые массы, как шрапнель, изрешетили мой накрахмаленный халат, шапочку, морду лица, медсестру и всё, что было впереди и за нашими спинами. Если учесть периметр задницы нашего пациента, то, собственно anus у него был так, признаться, калибра сорок пятого. Мой дядя, прошедший всю Великую Отечественную войну наводчиком артиллерийского орудия, рассказывал как они из «сорокапяток», с одного выстрела подбивали фашистские танки. Когда я его спросил: как такое возможно? - он, затянувшись папироской, и, хитро прищурив правый глаз, ответил мне: «Места знать надо!». Так это танк, а здесь бедного доктора в упор говном расстреляли! Мне даже, некоторым образом, показалось, что из «ствола» вырвались язычки огня и небольшой дымок.

Первая мысль была, когда я немного пришел в себя от шока: что с больным? Наверно, разрыв дистального отдела толстой кишки с повреждением смежных органов и кровотечение? А далее - экстренная операция, смерть на столе и, как логическое завершение, изгнание с позором из ординатуры и работа в «медвежьем углу» до конца жизни. Да какая на х…й потом работа: диплом отберут, засудят врача-убийцу…

Осторожно, на цыпочках, держа дрожащими руками ректоскоп на груди, как автомат «Шмайсер», сбоку заглядываю в лицо больному. Живой, что ли? Невозмутимый взгляд вдаль. Вероятно, в светлое будущее. Поза прежняя - руки согнуты в локтях, голова лежит на кистях, а последние – на подушке. Сухим от шока горлом я еле слышно прохрипел:

- Как вы себя чувствуете? Вас что-нибудь беспокоит?

Ответ был кратким:

- Спасибо, доктор, всё нормально, чувствую себя прекрасно.

Разумеется, надо думать, замечательно, если так пропердеться. Уф-ф-ф. Кажется, пронесло. В смысле: и больного, и меня. Бли-и-и-н, а что там - в жопе-то? Снова аккуратно ввожу ректоскоп. Разрывов, кровотечения, трещин слизистой - нет. Прямая кишка девственно чиста и даже подмигивает мне световыми бликами на складках, так сказать: не боись, доктор, всё о кей! Спасибо, спасибо. А где полип-то? Полипа нет! Куда же он подевался, мать твою? Обыскал всё, даже самые, как сейчас говорят, труднодоступные места, почти максимально введя ректоскоп до самой ручки. Полипа нет. Где же он может быть, ума не приложу? И что я теперь должен докладывать на «пятиминутке»? Что его разнесло в клочья? А может, возразят мне, он улетел в открытое окно, и только по счастливой случайности никого не ранил или убил на улице? Ну и дела!

Отпустил больного в палату. Вдвоём с медсестрой сантиметр за сантиметром обшарили всю перевязочную. Нет полипа – и всё тут. Хоть тресни! Так и не нашли.

С пациентом, в конце концов, всё обошлось благополучно. На следующий день мы его прооперировали. Для подстраховки произвели мануальную ревизию нижнего этажа брюшной полости. Никакой патологии не обнаружили. Потом он неоднократно приходил к нам в клинику уже на фиброколоноскопию, и угощал всех воблой из собственноручно пойманных на Волге лещей. А знаете, какова была длина сушёного леща от носа до кончика хвоста? Ни за что не отгадаете! Девяносто сантиметров! Видели когда-нибудь такую воблу? Я, без шуток, тоже нет.

Мораль: никогда не пукайте вблизи открытых источников горения! Это опасно! У вас могут быть о-о-очень б-о-о-ольшие проблемы.

Мононуклеоз у взрослого⁠ ⁠

Так вышло, что в свои 23 года я заболел такой противной болезнью как инфекционный мононуклеоз (mononucleosis infectiosa, болезнь Филатова, ангина моноцитарная, лимфобластоз доброкачественный). Почему акцент на том что мне 23? Дело в том, что болезнь подростковая, и в моём возрасте у меня должен был быть к ней иммунитет, а чем выше возраст больного, тем тяжелее течение болезни. Но обо всём по порядку.

Вызывает болезнь вирус Эпштейна-Барр, или вирус герпеса 4го типа. Он поражает шейные лимфоузлы и вызывает их пролиферацию - ткань лимфоузлов не гибнет, а разрастается и становиться "домом" для вируса. Обычно мононуклеозом болеют дети и подростки, так же нередки случаи бессимптомного течения болезни. Мононуклеоз у детей очень сильно похож на ангину, но взрослые больные получают полный букет осложнений. Мало кто из врачей при первой же жалобе на больное горло назначает специализированный анализ крови. Так что по течению болезни?

Первый симптом был 26 апреля. Весь день сильно болела голова, но я списал это на перепады температур, так как пару дней назад было -20, а стало +5.

27 апреля стало хуже, появилась температура 39. Ох и дурак я был, не поехав в больницу сразу. Выпив Цитрамона я надеялся на чудо, но оно не свершилось и уже следующим утром я сидел в красной зоне, ожидая терапевта и результат ПЦР теста.

По итогу, мне поставили инфекцию верхних дыхательных путей, отметили красное горло и отпустили домой с талоном на 4 мая. Из назначений - Амоксиклав, Ацикловир и вездесущий Арбидол.

Прошла неделя, за которую стало хуже. Горло болело сильно, поесть или попить воды было испытанием. Температура стабильно держалась в районе 37,5-38,0. Кроме того что в рецепте, пил Линекс, чтобы не убить желудок и полоскал фурацилином горло. Болела голова с периодичностью в несколько часов, раздуло шею от воспаления лимфоузлов.

4 мая я был на повторном приёме. Общий анализ крови показал Лейкоцитоз, что было и так ясно по боли и раздутости шеи. Уже новый врач проявил больше внимания - начал вызванивать Отоларинголога (без ответа) и искал мне талон на УЗИ шеи (тоже безрезультатно. ). Отпустили домой с новым рецептом и обещанием перезвонить и сообщить о записи к Лору/Узисту. Из новых назначений - Вильпрафен солютаб.

5 мая. С самого утра к новым пыткам добавилось удушье. Понимая, что это уже выходит за границы лечения на дому я вызываю скорую. Температура - 39,1. Приехавший фельдшер был в лёгком шоке, заглянув в моё горло - по его словам там полное отсутствие просвета. 15 минут сборов и мы едем в инфекционное отделение.

С 6 мая я в инфекции. Поступил я туда с температурой 38,7, головной болью, слабостью, затруднённым дыханием/глотанием, разбухшей шеей, болью в шее и горле. По словам врача мои миндалины были похожи на 2 половника, полные гноя. Взяли 5 ампул крови, штуки 3 мазков и отправили анализы в город Омск на исследование (почему туда, а не в ближайшие города неясно). Капельницы с Ацикловиром и Азитромицином по 3 раза в день, Фурацилин, Парацетамол. Лечение не поменялось, но теперь я был под присмотром врачей и это меня успокаивало. От отёка назначали физраствор с препаратом, который я не запомнил, но он помогал и я был счастлив. Удушье немного спало. Спадший отёк позволил пить воду, но еда также была мне недоступна.

8 мая, спустя 2 дня моё общее состояние не улучшилось. Окончательно пропал голос, температура была стабильно 38, с редкими 37.5, я не спал более 3-4 часов в день уже более недели. Постоянная потливость вынуждала просить новые комплекты белья каждый день. Лечащий врач назначает мне Ванкомицин, достаточно нехилый антибиотик, назначающийся в случаях инфекционно-воспалительных заболеваний тяжелого течения.

10 мая. Случился страшный кошмар любой дежурной медсестры - во время вечерней капельницы Ванкомицина у меня случился анафилактический шок. Медсестра не рассчитала скорость ввода препарата. Было. было очень необычно. Спустя пару секунд, как переключили подачу в капельнице, я почувствовал резкий удар в грудь и голову. Было ощущение, что по моей голове и грудине ногами прыгает боец тяжёлой весовой категории. Меня начало трясти как эпилептика, руки и ноги затряслись в безумной пляске. При всей этой катавасии я оставался спокойным в голове. Не было страха, было недопонимание, что со мной происходит. Всё тело горело, в висках стучала кровь. Примерно 15 минут я был в таком припадке, пока мне кололи противоаллергические. Сознание оставалось со мной, но было спутанным. Примерно через 10 минут прибежал неизвестный мне врач, меня осмотрели, на месте проверили давление, которое выдало 190/90. Ещё пачка препаратов в виде уколов, ЭКГ на месте (аппарат ЭКГ оказался нерабочим. ). В общем откачали, через забвение я озвучил, что боли или жара не чувствую, только голова тяжёлая. На этом врач ушёл, я начал засыпать, а одна из медсестёр осталась следить за моим состоянием.

Последующие дни прошли тихо. Анализы на различные инфекции,венерички и ВИЧ пришли чистые, Лейкоцитоз остался, но не такой сильный, мононуклеоз подтвердили. Медленно но верно из горла ушёл почти весь гной, температура упала до 37-37.5. Начало получаться глотать твёрдую пищу, появился аппетит, стала отступать боль. Последние дни были капельницы с Ацикловиром, противоотечные средства, препараты для поддержания печени, почек, сердца. Уменьшение боли в горле позволило на собственной инициативе выполаскивать гной из горла каждые минут 15-20, что очень и очень помогло.

16 числа меня выписали, с первого симптома до условного выздоровления прошло 20 дней. Сейчас допиваю курс Азитромицина, ещё неделю пить Ацикловир. Поласкаю дома горло, пью витамины. За столько времени разучился непроизвольно сглатывать лишнюю слюну, мозг постоянно думает о боли, поэтому проходиться это делать через силу. Левая рука в месте сгиба локтя вся синяя, понижена чувствительность, последствия капельниц. Общая слабость сохранилась, с первого раза может не получиться открыть бутылку с минералкой. Буду записываться к отоларингологу и кардиологу на контроль, хочется убедиться что никаких серьёзных последствий не осталось. Похудел на 8 кило, приятный бонус. Не держу зла на врачей и медперсонал за отсутствие талонов к лору и на УЗИ, не держу зла за допущенный анафилактический шок, за нерабочий аппарат ЭКГ. Это всё не их вина, они наоборот были очень чуткими и заботливыми, спасибо им.

Мораль моей истории - всегда бегите в больницу как только чувствуете себя плохо, а если на амбулаторном лечении осознаёте, что вам хуже, то обращаетесь по новой или вызывайте скорую как можно скорее. В некоторые дни, когда температура не опускалась ниже 39, я ощущал себя самым несчастным человеком в мире, в эти моменты мне помогала моя мама и друг, они звонили мне и рассказывали как у них дела, разговаривали со мной, хоть я и не мог произнести ни слова. Берегите себя, берегите своих близких и относитесь к своему здоровью с максимальной ответственностью.

Как долго я ждал⁠ ⁠

С конца прошлой недели открылась большая городская больница,которая последние 2 года была под ковидом. Разумеется поменялась маршрутизация пациентов в городе и мы в реанимации выдохнули. В субботу,когда я дежурил приехала лишь 1 скорая. Такого я не помню.

Привезли к нам по ошибке с учетом старой маршрутизации, но отказывать я не стал.

Поздравляю коллег,которые тоже смогли перевести дух.

Вопрос к поведению пожилых людей⁠ ⁠

По роду своей деятельности часто сталкиваюсь с "адекватным" поведением наших сограждан. На протяжении нескольких дней размещали расписание движения общественного транспорта по городу. Только начинаем на одной улице нашего города, как вечером сыплются жалобы на неудовлетворительное состояние уже очищенных, отремонтированных, убранных остановок. Решили проверить кто же всё-таки "хулиганит", результат нас очень удивил. Главный вопрос: "Зачем. стало лучше, удобнее, красивее?" По-моему страна должна знать своих "Героев" в лицо!

- А вы разве не отвезете маму прокапаться?⁠ ⁠

В середине дня пришёл вызов. Повод - плохо, пациент женщина 88 лет.

Я сегодня в одинаре, собрал карту вызова, спешу в машину.

- Ну что, Дим, поехали по адресу. Поедем, полечим бабушку.

Доехали быстро, благо дом был всего в паре кварталов от подстанции и вечерние пробки ещё не начали собираться.

Встретила меня женщина средних лет, представилась дочерью пациентки. Прошел в комнату. Бабуля сидит на кровати, сознание ясное, речь для своих лет четкая, без искажений, даже без шамкания.

Поздоровалась, представилась Антониной Семёновной.

- Ну и что у Вас, Антонина Семеновна, случилось, рассказывайте.

- Да вот, доктор, давление подскочило, и сердце бьется так часто, так часто.

- А какие у вас хронические заболевания имеются?

- Доктор, - вмешалась дочь, вот посмотрите, - и с этими словами протянула мне выписку пятилетней давности из больницы.

Ага, значит, ИБС, ХСН, стенокардия напряжения, постоянная форма фибрилляции предсердий, гипертоническая болезнь 3 стадии. Назначен постоянный прием…

Так, измеряем давление, 170/90. Пульс учащен действительно, 93 в минуту. ЭКГ кроме соответствующих возрасту изменений критичного ничего не показала, как аритмия была, так и осталась, никуда она не делась и уже не денется.

- А нормальное давление какое?

Дал таблетку и для снижения давления, и для снижения частоты пульса.

- А лекарство вы регулярно принимаете, которые вам кардиолог выписала?

- Да вы знаете, я, как прихватит, пару дней пью, потом забываю.

«Мдааа, забываю, а дочь, почему не напомнит?», - думаю про себя. Это люди не забывают, это «забивают» называется, на свое здоровье и здоровье близких.

На фоне приема Бета-адреноблокатора, что я дал, давление снизилось до 150/80, что уже ближе к нормальному, да и частота пульса снизилась до 80 в минуту.

- Сейчас, как дела? Что-то беспокоит?

- Да, нет, вроде отпустило. Ну что, доктор, едем в больницу? - спрашивает Антонина Семеновна. - Я уж вон и узелочек собрала.

Я на секунду чуть опешил, но потом ответил:

- Секунду, погодите, почему в больницу? Состояние у вас стабильное, на фоне приема лекарства давление снизилось. Сами же сказали, что стало лучше. Вам нужно обратиться в поликлинику, к терапевту. И обязательно принимать системно те препараты, которые он назначит.

Тут надо было видеть лицо дочери, она так смотрела на маму, словно буровая установка на дно морское.

Наступила небольшая заминка, после которой дочь, осознав, что пошло не по плану, решила сказать и свое слово тоже:

- Как же так, весна подходит, нужно же прокапаться! Разве вы в больницу не отвезёте?

Я, скрестив руки, посмотрел на все это дело и вновь пояснил, что оснований для медицинской эвакуации по скорой помощи нет. Ведь правда, и давление понизили, и чуть подскочившую частоту пульса урядили. Жалобы, как говорится, отсутствуют.

- Ну ладно, мы тогда обратимся в поликлинику, - вот такой был ответ дочери нам напоследок.

Прошла неделя. Как-то утром после пятиминутки, меня к себе вызвал заведующий, со словами:

- Пиши объяснительную, почему не вывез.

Пришлось писать очень длинное письмо, по сути заново вызов, с воспоминанием того, что на нем было. Ладно, написал. Свою работу я выполнил, человеку помог, ну а суть жалобы состояла в том, что не «повез прокапаться».

Скорая помощь не такси, помимо нас существует еще и плановое лечение, через поликлинику, где так же выдают направления для плановой госпитализации в медицинские учреждения. Но в таком случае пациент туда должен добираться сам.

Берегите себя и своих близких. Желаю всем нам мира и добра!

Инфарктные истории (Из жизни врача "Скорой помощи")⁠ ⁠

Инфаркт миокарда (ИМ) есть не только гибель части клеток в сердечной мышце. Это маленькая смерть человека. Или большáя, и тогда он умирает. Кому как повезёт. Никаких прогнозов. Кто-то живёт и после нескольких инфарктов безо всяких стентов, а другой заканчивает свой жизненный путь, едва только манифестирует острый коронарный синдром. Риски ИМ изучены и хорошо известны: наследственность, возраст, пол, уровень холестерина в крови, избыточная масса тела, индивидуальные особенности, этническая принадлежность, курение, гиподинамия, алкоголизм, экология, сильные эмоциональные или физические перегрузки, эндокринная патология и др.

В общем, как всегда: чем больше этиологических, провоцирующих и усугубляющих факторов, тем меньше конкретных данных о квинтэссенции патогенеза заболевания. Мужчины, как «слабый пол», особенно с началом гормональной инволюции, страдают чаще женщин, да и антиципация у них менее благоприятна. Это только в комедии «Любовь и голуби» фраза «инфаркт микарда – вот такой рубец!» - была поводом для шуток. В реальности - словосочетание ИМ как для врача, так и для пациента звучит пугающее, леденит душу и навевает разные, главным образом, нехорошие мысли. Нозология ИМ, с точки зрения медицины, более или менее очевидна и понятна, а вот с житейской - иногда может поставить в тупик или эпатировать параинфарктными событиями даже самого искушённого эскулапа.

Эпизод I. Суточное дежурство на «Скорой помощи». После семи утренних вызовов едем на заслуженный обед. По дороге на базу, диспетчер по рации просит посмотреть бабушку, живущую неподалёку от подстанции. Повод: «ИМ». Обычно на такие вызовы у нас раньше выезжали БИТы (бригада интенсивной терапии – реанимация), но поскольку они, как всегда, очень заняты, то ехать предстоит нам. Пытаюсь выяснить у диспетчера непонятные вещи: откуда известно, что у бабушки инфаркт? Кто вызывает и почему помощь оказывается с таким пролонгированием в три часа между временами вызова и передачи? В ответ старая рация только сипит и «булькает», как полупустая кастрюля с подгоревшей и дегидратационной кашей.

Приезжаем в многокамерную «коробку». По закону подлости - лифт не работает, а квартира – на девятом этаже. Как бродячие артисты, нагруженные всякой аппаратурой, топаем наверх. Дверь открывает шустрая, опрятная старушка лет восьмидесяти и со словами: «Слава тебе, Господи, дождалася, наконец», поворачивается к нам спиной, нагибается и берёт с пола в руки две увесистые котомки. Двигаясь задом наперёд, своими regiones gluteus(ягодичными областями, пер. с лат.) «выдавливает» нас из прихожей обратно на лестничную клетку и начинает запирать квартиру. Я и фельдшер, разумеется, от такого поворота событий, мягко говоря, несколько офигеваем и ещё какое-то время тупо смотрим как бабулька старательно проверяет все дверные замки. Потом поворачивается к нам и выдаёт эпатирующую фразу: «Ну, чо, мальчики, поехали?», от которой мы, вообще, выпадаем в осадок.

Дальше на лестничной площадке начинается рикошетный диалог:

- Бабушка, а где больная инфарктом?

- Я больная. Это у меня фаркт (орфография сохранена).

- С чего вы взяли, что у вас инфаркт?

- У меня филёнка (плёнка) есть.

- Откуда у вас эта электрокардиограмма?

- Оттуда, из сундучка. В смысле, из поликлиники.

- Вы когда там были?

- Сегодня, рано утром.

И т.д. и т.п. Короче, бабулька с утра почувствовала перебои в работе сердца, появилась одышка. Боль в сердце была слабой. Пешком направилась в поликлинику за пять (!) километров, где состояла на учёте по поводу ишемической болезни сердца и гипертонии. Терапевт заподозрила неладное. Сняли ЭКГ. Там – как в книжке - мелкоочаговый инфаркт без зубца Q и с отрицательным симметричным зубцом Т. Сказали так: дуй бабуля домой и вызывай «Скорую». Она и «дунула» обратно. Также за пять километров. Добралась пешком на девятый этаж. Пока ждала нас – прибралась в квартире, помыла полы, развесила на балконе бельё (!).

Разумеется, спускали мы бабушку вниз уже на носилках. В машине «зарядили» систему, начали стандарты терапии и пр. Довезли до неотложки, передали дежурному врачу-кардиологу из рук в руки. Умерла в реанимации через тридцать минут.

«Умом Россию не понять…».

Эпизод II. Тёплый солнечный осенний день. Вызов в ближний пригород, на картофельную плантацию, где горожане, получившие делянки по десять соток, выращивают и убирают «второй хлеб». Повод: «Плохо с сердцем». Народ, как говорится – в поле. Равнина, площадью в несколько гектаров, колышками и верёвочками нарезана прямоугольными «дольками», на которых целыми семьями, как муравьи, копошатся люди. Совсем как на диком, диком Западе во времена «золотой лихорадки». Страда, «понимашь». За выходные дни, пока располагает погода, картошку нужно выкопать, высушить, засыпать в мешки и отвезти домой.

Проблема. Никто нас не встречает и не может объяснить – кто и по какому поводу вызывал «Скорую». Объехали всю ниву по периметру. Ничего и никого. Водила говорит, что ещё один заход – и мы останемся без бензина. Делать нечего. Выходим с фельдшером из машины, грузимся и – forward (вперёд, пер. с англ.), в поисках пациента.

Вы когда-нибудь ходили по свежеперекопанному «русскому полю» с кардиографом, дефибриллятором, кислородом, сумкой-укладкой и прочей атрибутикой? Нет? О, вы много потеряли! «Непередаваемое очучение»! Ноги вязнут в сырой земле, ремни от аппаратуры «вгрызаются» в шею, липкий пот застилает глаза, вокруг слышатся вопли «сочувствующих» соплеменников: «Куда по картошке прёте? Слепые что ли?», «Не ходите по нашему огороду!», «Ничего не знаем, валите отсюда!» и т.д.

Наконец, видим на одном из участков, торчащие из-за кучки мешков с бульбой, чьи-то ноги в перфорированных носках и стоящие рядом высокие резиновые сапоги. Подходим ближе. Здоровенный тучный мужик, лет шестидесяти, с полуприкрытыми глазами, сидит прямо на сырой земле, привалившись к мешкам. Кожные покровы бледные, лоб покрыт испариной. Мокрые седые волосы в беспорядке роятся на голове. Верхние пуговицы рубашки «вырваны с корнем». Левая ладонь прижата к области сердца, правая рука бессильно свисает книзу. Рядом валяются початый блистер валидола и цилиндрическая упаковка от нитроглицерина, с белыми точечными следами от рассыпанных миниатюрных таблеток для сублингвального применения.

Объективно: сознание спутанное, заторможен, контакту не доступен, на вопросы не отвечает. Систолическое давление ниже восьмидесяти, диастолическое – пятидесяти миллиметров ртутного столба. Пульс – под девяносто, аритмичный, слабого наполнения и напряжения. Тоны сердца глухие, в лёгких – жёсткое дыхание с разнокалиберными хрипами. Живот, ввиду нестандартного положения больного, пропальпировать не удаётся, но в данном случае, это, похоже, не принципиально. Заподозрен ИМ. Быстро снимаем ЭКГ. Так и есть: передний, крупноочаговый. Плюс, по клинике, нарастающий отёк лёгких, кардиогенный шок, аритмия и пр. Короче – полный микс.

Фельдшер убегает за носилками. До машины – не менее двухсот метров. Пока начинаю стандартную терапию. Больной тяжелеет на глазах. Параллельно думаю о том, как его дотащить до машины? Вдвоём точно не справимся, нужны помощники. На мгновение поднимаюсь во весь рост и кричу во все стороны:

- Кто-нибудь, помогите донести больного.

В ответ – тишина. Все только усерднее стали копать картошку. Кое-кто отвернулся, делая вид, что не слышит. Опускаюсь на корточки, продолжаю делать инъекции. Через минуту снова встаю и ору. Никакой реакции. Обращаюсь к самой ближней группе людей с просьбой о помощи. Два мужика с амимичными физиономиями копают, как мини-тракторы. Рядом женщина, с вязанкой верёвок в руке, тут же отвечает:

- Муж мой – после операции, а у брата – давление повышенное. Им никак нельзя.

Поворачиваюсь и горланю в другую сторону. Три мешка с картошкой и ногами удаляются от меня строевым шагом. Сдерживаю горячее желание догнать эти мешки, уронить их на землю, а несущим - затолкать каждому по картофелине в одно место, да поглубже.

Запыхавшись, возвращается фельдшер:

- Я сказал водиле, чтобы вызывал на нас БИТов.

С трудом укладываем больного на носилки. Пытаемся поднять. Не получается.

Пока мудохались, манифестировал отёк лёгких. Фельдшер быстро набирает растворы, а я ввожу их в вену. Остановка дыхания. Устанавливаем S-образный воздуховод, дышим мешком Амбу. Остановка сердца. Начинаем закрытый массаж. Время от времени меняемся с фельдшером местами. Краем глаза вижу, как вдалеке, к нашей «Скорой», подъезжает другая, с надписью «Ambulance». Наконец-то! Минут через пять подбегает врач БИТ-бригады и с ним два фельдшера. А что? Может, вытянем мужика? Нас же пятеро!

…Я оглянулся вокруг. Наверное, с высоты птичьего полёта, мы и наш бывший больной выглядели как опасные чужеродные тела в муравейнике. Пока мы занимались реанимацией, все соседи, в радиусе метров тридцати-сорока, потихоньку «растворились», как в кипятке лапша. Даже мешки с картошкой побросали.

…Четверо из нас взяли носилки с трупом; один фельдшер, что покрепче, нагрузился аппаратурой. Пошли к машинам, совсем как инопланетяне, несущие своего павшего в бою товарища к космическому кораблю в кинофильме «Чужие против хищников».

Мы и были чужими в этом «злом человеческом стаде» (О. Хайям)…

Эпизод III. В далёкие школьные годы, в какой-то книжке из серии «Эврика» я прочитал одну историю.

Санаторий-профилакторий для реабилитации больных, перенесших ИМ. Сосновый бор, белоснежные корпуса, вежливый персонал, спокойный умеренный быт. Два пациента в одной комнате из разных уголков нашей необъятной Родины - задумчивых, немногословных, неконтактных друг для друга. Всё еще находящихся под впечатлением от палат интенсивной терапии, с ежедневными летальными исходами других больных, до конца не верящих в свою счастливую судьбу и окончательно не пришедших в себя. Весь курс реабилитации жили строго по расписанию: приём пищи, процедуры, обследования и пр. Утром вставали, говорили: «Доброе утро» - и расходились до вечера. А там: «Спокойной ночи». Даже фамилию и имя-отчество друг друга толком не знали.

В последний вечер, перед отъездом, мужики собрали свои нехитрые пожитки, упаковали чемоданы, сели напротив друг друга и разговорились. Каждый поведал о своей жизни до «катастрофы», сиречь, до инфаркта. Первый - всё своё житьё-бытьё любил одну женщину, но не мог бросить жену и троих детей. Второй – гениальный инженер - много лет покорно терпел унижения и оскорбления своего начальника-самодура, присваивавшего его изобретения, только потому, что боялся потерять любимую и, по-своему, интересную работу.

Они проговорили всю ночь до рассвета.

Каждый из них вскрыл другому душевный абсцесс, не дававший ему покоя полжизни.

Морально и духовно они откровенно и сочувственно «сроднились в земле» и «сплелись ветвями».

Утром, взломав дверь, сотрудники санатория обнаружили два безжизненных тела…

Аутопсия, наряду с другими данными, показала наличие у обоих «свежих» обширных некрозов сердечных мышц, послуживших причиной смерти.

Они повторно пережили свой преморбид и снова вернулись к «точке отсчёта», но ослабленный болезнью организм не смог «дважды войти в одну и ту же реку».

История медицины свидетельствует о том, что до конца девятнадцатого века ИМ практически не диагностировался, а в первое десятилетие двадцатого и вовсе являлся казусом. Лишь в тысяча девятьсот девятом году, на первом съезде российских терапевтов, В.П. Образцов и Н.Д. Стражеско дали классическое описание этой патологии сердца (status anginоsus, status asthmaticus и status gastralgicus). С тех пор диагноз ИМ перестаёт быть редкостью, а с тридцатых годов и до наших дней частота его возникновения и тяжесть клинического течения неуклонно возрастают. Это обусловлено увеличением числа лиц пожилого и старческого возраста, улучшением диагностики, возрастанием количества и качества вскрытий, совершенствованием медицинской статистики и другими факторами. Следует также отметить и значительное «омоложение» ИМ в последние годы. Кроме того, летальность при этом заболевании, по-прежнему, остаётся чрезвычайно высокой и не имеет тенденции к снижению. Лишь половину больных удаётся доставить в больницу живыми, и еще треть от выживших пациентов умирает в ближайшее время.

ИМ тяжело «ранит» человека не только физически, но и морально. Из-за инфаркта рушится привычная система жизни, в результате чего людям приходится перестраивать свои жизненные приоритеты. Вот, например, уже немолодой мужчина, который всю свою сознательную жизнь «пахал» на износ, являлся основным добытчиком и кормильцем семьи, перенёс инфаркт. Он уже не может трудиться на прежней работе в привычном темпе и идентичными нагрузками. К тому же, первое время после перенесённого заболевания, «инфарктник» может испытывать постоянный страх смерти или бояться рецидива заболевания. Вместе с тем, находясь на длительном сроке реабилитации он, как правило, остаётся без обычной, хорошо оплачиваемой, престижной работы и должности, к которым стремился и добивался не один десяток лет. Также возможны варианты его перевода на более лёгкую, а, значит, менее оплачиваемую работу или, вообще, смены профессии. Начинаются финансовые трудности, проблемы в семье и, как следствие, со здоровьем.

Другой вариант. Допустим, наш сердечник реабилитировался и относительно восстановил своё пошатнувшееся здоровье. Вернулся на старую работу, а его должность уже занята другим, более молодым, энергичным и перспективным сотрудником. Как всё вышеизложенное отразится на прогнозе и вероятности повторного ИМ? Понятно, что не лучшим образом.

Далее. Что также волнует нормального, ещё не старого, мужика? Правильно догадались - секс. И тут проблемы. У многих пациентов, активных в сексуальном плане до болезни, после перенесённого ИМ наблюдаются снижение полового влечения, половая слабость и пр. А тут ещё доктор в референциях, в числе прочего, написал о недопустимости физических перегрузок. А какой нормальный секс без должного напряга? Выходит, и интимная жизнь теперь ограничена? Ибо секс – это труд, а секс с трудом – мýка. Если алкоголь употреблять запрещено, курение – исключено, «факаться» – тоже, значит, нельзя? Что же ему остаётся? Морковка, аспиринчик и лавочка с участниками Куликовской битвы возле дома?

«Да пошли вы со своими рекомендациями на трёхбуквенный кукан или в пятибуквенную бездну! – скажет он. - Я ещё пожить хочу! Есть пока у меня «похер в похеровницах»!

«Охота жить!», - сказал Василий Макарович Шукшин. И умер.

Из навеянного про навеянное) Про травму⁠ ⁠

Ассоциация с этим.

Помнится мне, году так в 1997-8, купил я диск от "Буки" (они не при делах!). Запах от диска шел какой-то невообразимый) Ну кто покупал, тот в курсах.

Ну и решил я поделиться со своей женой таким счастьем) Дать , так сказать, нюхнуть "Буки") Встаю и выхожу из-за компьютерного стола. Ну и ровно мизинцем правой ноги бьюсь о вертикальную сторону! На мое "щасте", был босиком. Удар и мизинец смотрит вправо ровно под углом 90 градусов)

Делать нефиг, надеваю носки и прочее, туфли с узким носом, вместе с женой правим палец типа на место. Спускаюсь к машине и еду в травмпункт. Благо лето и ехать ровно 3 минуты. Захожу и наблюдаю прэлэстную картинку. Травмпункт реально полон, благо воскресенье и бомжей и отдохнувших на пробке выше крыши. Один, как помню еще и с ножевым был, после меня пришел) Его пустили без очереди, даже "блатной". "Блатная", это разбитаые головы и пара сломанных носов с хорошим таким кровотечением. В общем дурдом , врать не буду, но человек на 30!

Но я ж умный) Снова в машину и еду в Сокольники, там в 33(не знаю как сейчас), был еще один травмпункт.

Приезжаю и радуюсь жизни! НИКОГО! Вот совсем никого. Даже в кабинете, где врач принимать должен. Сижу и жду. Час сижу. Палец начинает ныть. Внезапно слышу голоса и стук посуды метрах в 10 от приемного, в другом кабинете. Тошню туда. Стучу как порядочный, открываю. две бабульки, лет под 70, сморщенные такие) Спрашиваю, мол чокак? хотелось бы , чтобы, ну палец похоже сломан.

- Вы не видите?! Мы обедаем.

- Да не вопрос, подожду.

Хорошая такая театральная пауза, мин на 20. Выплывают две бригантины.

Еще пауза, уже в кабинете и примерно минут на 10.

Выплывает медсестра - заходите!

- Похоже сломал, смотрел пальчик вправо , а сейчас бобо!

Врач посмотрела на палец.

- А с чего вы взяли, что он сломан?

- Хруст, вправо, узкий носок у ботинка, поставили на место.

- Ничего у вас не сломано! Ушиб простой! Перевяжи его!

Отлично. Каким то куском бинта наложили повязку. ГуляйВася.

Короче, решаю ехать в дикую очередь.

Захожу в "родной" травмпункт. А тааааам) Благодать. 2 человека всего.

Подходит очередь. Врач, чокак? Я обьяснил. Снимай туфлю и носок. Бинт падает)))

- да в Сокольниках перевязали)

Короче, он ногу мою себе в руки, палец покрутил - перелом. Дуй на рентген!

Ну и там соответственно, кусок пальца сам по себе гуляет.

Возвращаюсь. Поржали про повязку, что сползла) Был такой анекдот про повязку, ногу и головную боль)

Наложили лангетку) Больничный нать? Нет! Гуляй дружище. Через , 2 недели явисся. Потом снова через неделю.

Замечательный доктор! Такой, каким и должен быть настоящий доктор. С умором, профессионал, доброжелательный! Обожаю у таких лечиться.

Если ты жив, дружище, здоровья тебе побольше!

Спирально-оскольчатый перелом обеих костей голени со смещением(закрытый) или как переломаться пешком, увлекаясь мотоциклами⁠ ⁠

День 1. Собственно сам перелом случился на ровном месте. Был сильный ветер и будучи резким молодцем, хотелось поскорее попасть в машину. Отсюда, взяв разгон, я прямиком направился к автомобилю. Сам авто стоял на огромной асфальтированной площадке по типу стоянки и с задней водительской стороны автомобиля было пятно льда, небольшое, сантиметров 20. И вот, ускорившийся я, забегая со стороны багажника по направлению к двери, получается на углу автомобиля, нахожу то самое пятно льда своей правой ногой. Левая соответственно в это время в воздухе. Правая нога начинает скользить по инерции прямо, набирая ещё большую скорость, а тело уже повернулось к водительской двери. Далее лёд заканчивается и летние кроссовки из Декатлона для трейлраннинга входят в контакт с асфальтом, резко останавливая ногу. Как итог, наблюдаю как правая нога согнулась вправо в неестественном месте под 90 градусов. Жизненных ситуаций с ДТП и прочим у меня было много, поэтому осознал всё сразу. Приподнял штанину, и, первая радость, перелом - закрытый! Вторая радость только мотоциклетная - правая нога при езде на мотоцикле в целом не нужна (только тормозить =)), так что если повредил сухожилие или ещё что, не критично, ездить буду (да-да, такие вот первые мысли). Осознавая, что пока шок и больно не будет, поправил ногу в более прямое положение и пополз на заднице , гребя руками, к товарищу в автомобиль на заднее сиденье. Дело было в старом городе. (Если бы был один, пришлось бы думать чем фиксировать ногу). Минуты 2-3 времени без боли есть. Пока ехали, начинало уже накатывать. Потом выгрузили меня в коляску, в этот момент уже почти терял сознание от боли. Терпеть возможно, если тебя не шевелят. Как только - пересядьте в коляску, прилягте для снимка, перевернитесь - тут беда, больно сильно. Далее ты встречаешься со всеми прелестями нашей медицины, их опустим, потому что если бы мог встать, то точно бы кому-то отвесил подзатыльника. Вкололи обезболивающие и из приёмного в травматологии отправили на коляске в бсмп. Ждём врача, попутно собирая с меня анализы всевозможные и ЭКГ. Пришедший врач диагностировал тот самый закрытый винтовой перелом со смещением. Сказал : "Сейчас мы тебе гирьки повесим, полежишь неделю, сделаем снимок и будем определять, потребуется ли операция". Везут в операционную, раздевают до гола, колют в пятку два обезболивающих укола с обеих сторон и один укол в место перелома. Далее сверлят пятку и вставляют спицу, на которую подвешивают гири суммарной массой около 6кг. С этого момента ты лежачий больной со всеми вытекающими: 1) туалет - это теперь вообще по другому и не просто, ты капитан судна. 2) никаких тебе полежать на боку, на животе. Ты можешь аккуратно согнуть одну ногу. На этом твои движения заканчиваются. 3) что упало с кровати или тумбочки считай потерял. Достать ты сам не можешь, а заглядывают к тебе в палату раза 3 за день. Об этом отдельно во втором дне будет. Спустя пару часов начинает отпускать обезболивающее. Начинает болеть. Боль тупая, долгоиграющая. Не самое больное что приходилось испытывать, но в некоторые моменты не можешь терпеть без постанывания или матов. Совет себе на будущее, обезболивающее надо принимать сразу как отпускает предыдущее. Я сделал ошибку и думал смогу перетерпеть. Когда понял, что перетерпеть не смогу и кое-как выпросил, чтобы мне вкололи укол, уже было поздно. Обезболивающее действует минут через 30-40. Это отвратительные минуты. Обезболивающее подействовало, живём, но не долго. Через часа полтора подкатывает снова. На ошибках мы учимся быстро, поэтому, начал звать медсестру для укола. Соответственно никто не приходит, таковы правила нашей медицины. Спасибо человеку из соседней палаты, он сходил за медсестрой. И тут, казалось бы, спасение, ан-нет. Пришедшая медсестра сказала, что так часто обезболивающее нельзя колоть. И ушла. Терпим. Почему-то сводит мышцу на закреплённой ноге, и она трусится, а это мало приятно, когда она сломана и к ней ещё 6кг за просверленную пятку подвешено. Спустя минут 40 терпим, но уже со звуком. Это когда ты слегка постанываешь или материшься на каждом выдохе. Спустя ещё минут 30 уже стонем громко, люди с соседней палаты опять сжалились, позвали медсестру. Пришла. Уколола. Ну, думаю - всё. Ещё минут 30-40, подействует и перестану мешать соседям. Думаю, я изрядно их достал своими стонами. Прошёл час. Ситуация не меняется. Обезболивающее не сработало от слова совсем. Нога трясется по-прежнему, не могу понять почему. Вызвали дежурного врача. Врач пришёл, спросил - наркотики колоть будем? В этом момент я уже был на всё готов и конечно согласился. Вкололи промедол. Жду эффекта, попутно матеря весь белый свет. Прошёл час, эффекта нет кроме сонливости, болит так же. Нога трясется по-прежнему. В этот раз мои стоны слышит уже вновь заступившая медсестра и приходит. Видит, что нога трясется и говорит- расслабь ногу, а я понимаю, что не могу и она напряжена до предела. То есть в этот момент ещё целые мышцы пытались сдавить осколки костей, отсюда и боль. Приходит вторая медсестра и они понимают, что нога подвешена неправильно. Перевешивают мне ногу и ОООО ЧУУУДО, я снова могу терпеть боль молча. Время было 23.30. Далее я отрубился под воздействием всего в меня вколотого. Первый день закончился. День 2. Суббота. Время 02.30 ночи. Болит снова, но всего лишь не даёт спать. Лежу, пытаюсь отвлечься – хвала «интернетам». Дожив до утра, дождавшись медсестру с процедурами, решил спросить, как мне лежачему можно хоть как кто к себе привлечь внимание, вдруг помирать буду. Сказала - только кричать. Тут надо отступить в сторону (надо было отступить в сторону от того грёбаного кусочка льда, ну да ладно) и сказать, что тут в больнице 50/50. Есть хорошие смены с нормальными медсестрами, а есть кто на работу приходит и считает это мучением. Поэтому огромное спасибо еще не очерствевшему медперсоналу, но вас осталось мало). Получив не очень понравившийся ответ про «только кричать и надеяться, что кто-то мимо пройдет и услышит», решил скромно намекнуть про 21 век, интернет и прочее. Сказали: «телефон не дадим, кричите». Сказал кричать не буду, так как это считаю дебилизмом. Далее стандартные процедуры лежачих в больнице. 4 раза в день укол в живот для разжижения крови. Утром вкололи обезболивающее. Живём. Еда – обычная столовская. Та, после которой можно отмыть посуду без моющего средства ввиду отсутствия хоть какой-то жирности. Лежишь, кушаешь, и с тоской смотришь на своё судно. Сопоставляешь что к чему. Грустно. К вечеру начало накатывать с болью опять, но уже можно было терпеть без звука. Но как бы и отвлечься уже не получалось. Вспомнив про свои слова- кричать не буду, пожалев уже о них многократно раз, стал вынашивать план - как позвать медсестру не закричав. Придумал. В гугл переводчике есть воспроизведение текста голосом. Набрав там: «Пожалуйста, зайдите в палату 3**», установив максимальную громкость, начал нажимать «воспроизвести» многократно раз, корчась от боли. Моя твоя победила. Спустя 10 минут пришла медсестра и вколола обезболивающее. Тут надо рассказать про обезболивающие. Либо мой организм специфичен к ним, либо я не знаю, что колют. Чуть позже выяснилось, что обычной таблетки кеторола хватает на дольше чем этих уколов. Наступил вечер, боль утихла. Думал смогу поспать хоть сколько-то. Ошибался. Теперь у организма наступила стадия – «Я согласен лежать, но только не на спине». За всю ночь удалось поспать раз пять, но минут по 10. Пригодился опыт из армии)). Я спал, вися руками на поручне, который нужен чтобы подниматься с кровати, и упершись локтем в прикроватную тумбочку, и держа прессом тело так, чтобы спина не касалась кровати. Второй день кончился.

День 3. Воскресенье. Судно освоено. Результат - пока ты там кочевряжишься, хочешь не хочешь, но побеспокоишь переломанную ногу. Опять разболелось. У пришедшей утром медсестры спросил, есть ли какое-нибудь снотворное, так как поспать до сих пор не удалось. Благо была хорошая смена и она в обезболивающее мне добавила димедрола. Поспал около 3х часов с 7 утра. Далее день был без событий, уколы в живот, еда. Вечером заступила новая смена, и медсестра перед сном уколола мне опять димедрола. Поспал до 3х ночи. Ты как бы не полностью спишь, все так же неудобно. Просыпаешься за час раза 3-4. Но в целом спишь. День 4. Понедельник 17.01.2022 . С 3х ночи куковал в интернете. Доктора еще не видел, тот что меня принимал – не мой лечащий врач. А диагноз знать хочется. Поэтому что? Прааааавильно, направляемся в интернет за диагнозами =). По неутешительным интернетовским прогнозам, с таким переломом если без операции – лежать с гирями полтора месяца, и далее гипс от 2 до 4 месяцев. Расстроился. Утром была опять хорошая медсестра, спросил её статистику про таких как я. Сказала, что обычно недели 2-3 лежат. Уже обрадовался. Пришел доктор, теперь уже мой. Сказал рассмотрел снимок, большая вероятность что нужно оперировать. Назначил на сегодня рентген. И через 3 дня рентген. По результатам рентгенов должны определить необходимость операции. Время 15.00.

День 4 , продолжение. Забегает медсестра для укола в живот. Спрашиваю: "Рентген то ждать? Который утром обещали". Сказала "Скорее всего, да". Успокоившись, пообещал ей что никуда из палаты не выйду, чтобы не пропустить рентгенологов. Новая смена медсестёр заступила в 16.00 и в этой смене про обещанный доктором утром рентген уже никто ничего не знает. Решив, что рентген сегодня не желает встречи со мной, я повспоминал про ещё несколько ночных приколюх (спасибо Николаю за напоминание, он побывал, думаю, в худшей ситуации). Когда человек засыпает или пытается начать засыпать, то ему свойственно дёргать конечностями. Слегка так. И так как бдительность мозга усыплена, сигнал о том, что дёргать переломанной ногой категорически нельзя, подать некому. Ну и в тот момент когда дёргается та самая нога, ты, мягко сказать, охреневаешь. Цитируя Колю: "непередаваемые очучения". И второй момент. Когда ты всё таки уснул, то во сне можешь непроизвольно подтянуть поломанную ногу к себе, поднимая гирю за ней. Это не больно, если делать медленно. Мозг всё так же не может распознать предстоящее веселье. Ну и потом ты её выпрямляешь, а выпрямляется она очень охотно, так как тащит её за собой гиря в 6кг, зацепленная за твою просверленную пятку. Ну а дальше гиря по инерции дёргает за ногу, когда ноге уже распрямляться некуда. Это вторые "непередаваемые очучения". Очень схоже с ударом пьезоэлемента от зажигалки в зуб. Зачем мы это делали в детстве, я вспомнить не могу, но помимо боли вот такие же ощущения от ноги до головы. В 20.00 приехали девушки с рентгеновским аппаратом и чувством юмора Евгения Ваганыча. (Хотя о чём это я, сам несколько часов назад изволил юморить по поводу "никуда не уйду"). Сделали снимок. Я спросил- можно как-нибудь на него посмотреть? Ну и тот самый Ваганыч в лице девушки ответил: " Ваш доктор сегодня на дежурстве, можете к нему сходить, посмотреть". Ушли. Сейчас жду укола в пузо, и буду пробовать как-то спать уже без обезболивающих. День четвертый заканчивается. Думаю случиться уже ничего не может.

День 5. Удалось поспать +- часа четыре. Сегодня препятствием сна были эластичные бинты, которые мне намотали вчера на переломанную ногу. Сдавливало сильно и от этого вся икра гудела. Ощущения неприятные. Снимать их запретили, но про то, что нельзя ослабить, ничего не говорили. Поэтому кое-как дотянулся до больной ноги и ослабил сверху бинты. Дискомфортные ощущения прошли и удалось уснуть. Стандартное утро началось с укола в пузо и измерения температуры. К 10.20 пришёл врач и сообщил: "По результатам рентгена необходимо оперировать, так как кость лопнула и поперёк и вдоль. Но операция, дело добровольное, вы можете отказаться от неё". Я ответил: " Меня устраивает любой вариант, в котором я отсюда побыстрее сваливаю". Далее произошёл неловкий диалог про саму операцию и необходимое к ней. Доктор: "Мы поищем какие-нибудь железки, что-то у нас тут было вроде бы. (Осталось добавить - где-то в подвале валялось) Но а вообще, наиболее лучшим вариантом будет заказать и установить пластину из Ростова или Москвы"Поняв, что к чему, я ответил: "Заказывайте, Доктор". Доктор, обрадовавшись завершённому неловкому диалогу, удалился. По срокам, если пластина успеет прийти, то операция будет в эту пятницу. По деньгам - от 40 тысяч рублей и выше. Штифт сказали в моей ситуации бесполезен. Только пластина. Появилась какая-то определённость и возможность попробовать эпидуралку, так как общий наркоз мы уже проходили и в этом ничего нового нет. Теперь лежу в ожидании цены на пластину и пятницы. После обеда удалось действительно погулять. Переносной рентген есть, а вот переносного УЗИ нет. Поэтому меня на кровати с 3его этажа скатали на 1ый. Гиря по прежнему была прицеплена к пятке, поэтому стала актуальна песня Земфиры про "Я помню все твои трещинки". Те самые трещенки в бетоне на полу, ступеньки, пороги и все остальные неровности ощущал через подвешенную гирю, пока меня катили. На УЗИ тромбов не выявили, а это значит противопоказаний к операции нет. Радуемся. Сразу как меня вернули пришёл доктор и начал щупать кости на здоровой левой ноге, сильно продавливая пальцами кожу до кости. Затем, извинился за предстоящие неприятности, и всё тоже самое повторил с переломанной ногой. Думаю, там было как в игре, найди пять отличий, но только на ощупь. Таким образом подбирается будущая пластина к моей ноге. Скорее всего, после всех этих манипуляций, буду пить обезболивающее снова, подумал я. Спустя час, доктор вернулся, и предоставил телефон фирмы с пластинами, с ориентировочной ценой 52-54 тысячи. Заимев телефон, вбиваем его в гугл. Получаем фирму из Ростова-на-Дону ООО Ортопрофит. Заказываем пластину за 54800р, попутно любуясь на множество договоров о поставке этой же фирмы в наше БСМП очень похожих штукенций🤐🤐🤐🤓. Появляются вопросы, но не в нашем положении задавать эти вопросы, скальпель на их стороне (очень надеюсь что тут меня не отправят в аптеку за скальпелем, как это было в Романовской при удалении аппендицита. Картинку, что нужно купить для операции в Романовской, прилагаю). Пластину обещали привезти завтра. На сегодня остались ужин, два укола в живот, измерение температуры и баиньки.

День 6. "Завтра операция". Ночь была ужасной. После поездки на УЗИ и ощупывания ноги внутри её что-то произошло. Скорее всего осколок как-то неудачно встал и теперь при малейшем моём движении вызывал резкую боль. За эту ночь почти не спал, потому что лежал в одной позе, не шевелясь, дабы не заорать. Надеялся, что утром полегчает. Вчера ещё с меня перед УЗИ сняли эластичные бинты и должны были одеть заново. Медсестра сказала , что подойдёт по позже и намотает. Уже по традиции - никто не пришёл и в 16.00 заступила новая смена. При уколе в живот в 17.00, спросил про необходимость наматывания бинтов. Сказали : "Да, надо, но попозже". В 22.00 при уколе в живот снова напомнил про бинты, сказали: "Пусть утренняя смена занимается". И вот наступило утро 6 дня. Я, пролежавший неподвижно до утра, и надеясь, что хоть как-то получится вернуть какую-нибудь маневренность, был разочарован. Резкая боль при движении осталась. Пришёл доктор в 9.30 и спросил, заказал ли я пластину. Получив утвердительный ответ, поинтересовался, почему не забинтована нога. Ответил ему честно, что про меня забыли. Доктор ушел и пришла медсестра. Сказала, что вчера забегалась, и забыла намотать бинты. Начали пробовать их намотать, но вышло только на половину, так как я теперь не могу приподняться всё от той же острой боли при движении. Терпим. Доктор сказал, что возможно операция будет в четверг, то есть завтра, если получится выпросить операционную. Как я понял, здесь, в БСМП, есть график на операционную и по этому графику отделу травматологии можно пользоваться операционной в пятницу. Время 11.30 , пришёл доктор и сказал, что операция будет точно завтра, с утра ничего не кушать и не пить. Я готовился заранее и уже сутки не ел, чтобы больше не командовать своим судном. Медсестра принесла какие-то бумаги про переливание крови, добровольное вмешательство и прочее. Всё подписали, удалось получить снимок, теперь понятно какие осколки режут меня изнутри. Укололи последний укол в пузо и сказали, что дальше будет назначено другое лечение.За сегодня вспомнил физику 7 класса про силу трения. После УЗИ мне кровать поставили чуть по другому, и теперь, висящая гиря не болтается свободно на леске, а прилегает к кровати. Моё задание как пациента- сопротивляться стаскиванию меня с кровати. То есть гиря потихоньку меня оттаскивает вниз кровати, мне нужно слегка привставать и тащить её поломанной ногой вверх. Так как вчера ногу прилично побеспокоили и к весу гири добавилась долбанная сила трения об кровать, производить вышеописанные действия больновато (а-а-а-а-а). Время 14.00 , решил попробовать вздремнуть. В 14.10 услышал громко орущего мужика, который орал так, что наверно было слышно в старом городе. Позже, вечером, у медсестры узнаю, что это были отходняки после операции с наркозом. Какая весёлая новость, подумал я, представляя себя завтра на месте этого же мужика🌚. Очень надеюсь, что не пожалеют дозу промедола, так как это единственный способ в нашей стране попробовать наркотики легально🤗. Мужик, кстати, проорал минуты три всего. Спать перехотелось. Далее развлекался, стреляя водой из ирригатора (мойка высокого давления для полости рта) по шмыгающим туда-сюда тараканам, сбивая их со стен. В 16.30 медсестра попросила, чтобы я кого-нибудь напряг из родственников для того, чтобы привезли опасную бритву. Будем брить ноги. Точнее ногу. Осталось быстрее дождаться завтра, и освободиться от этой ржавой железяки, подвешенной за просверленную пятку, и заиметь совершенно новую, титановую пластину и, надеюсь, передать бразды правления своей белоснежной посудиной более нуждающимся. Будем осваивать костыли.

День 6. Дополнение. Время 20.20. Вваливаются в палату 2 женщины с рентген аппаратом. Оказывается, флюрограмма от 15.11.21 уже старая и надо заново делать. Отодвигают всё моё имущество от кровати (тумбочку со всем необходимым и таблетками и корабль) чтобы подогнать аппарат поближе. Сделали снимок и женщина сказала: "Мы сейчас остальным снимки сделаем, и я вернусь к вам, пододвину всё назад, потерпите же?". Говорю: " Конечно подожду".Время 21.40 и начинается вечерний обход медсестры, которая предлагает обезболивающее на ночь. Я поинтересовался у неё: "Не знаете, там ренгенологи скоро возвращаться будут? А то всё отодвинули, я достать не могу, обещали вернуть". Она говорит: " Так они ушли уже давно". Сказать что я ахренел, ничего не сказать))). Соответственно медсестра по моей просьбе помогла всё пододвинуть, чтобы я дотягивался.

День 7. "Операция". . банный футбол. В 1.30 ночи, человеку, абсолютно не играющему в футбол и никогда не интересующемуся им, то есть мне, приснилось что? Как изящно и красиво я отбиваю правой ногой мяч. Тут, как бы две новости. Хорошая в том, что раз что-то снилось, то значит я до этого спал. Плохая- спать я вряд-ли ли больше буду, болит. Решил посчитать, сколько работодатель отчислил страховых взносов в фонд ОМС за мои почти 9 лет работы (5.1℅ от годового дохода). Зная свой белый доход , посчитать не трудно. На весь мой тут банкет получился депозит на сумму 450-460 тысяч рублей. Плюсуем сюда мою пластину за 54800, плюс по утру по-любому придёт что-то клянчить анестезиолог, набегаетза пол миллиона рублей. По нынешним меркам немного, но этих денег точно бы хватило на клинику, в которой про меня хотя бы не забывали, мне много не надо.

Почему-то, когда попросили купить лезвия для бритвы, я подумал, что брить будут только вокруг перелома. Но пришедшие две медсестры сказали, что брить надо всю ногу от паха до ступни, таковы требования вашего доктора. С этого момента начинается операция побрейся или умри. Я лежу в палате, в которой почему-то потолочных светильников нет, есть два настенных. Но из четырёх лампочек горит одна, и та ватт на 25. Медсестры, которые должны брить ногу, поругались вслух на отсутствие освещения, пододвинули мою кровать к единственной тусклой лампочке и приступили к процессу. Не видно нифига. Предложил посветить фонариком от телефона, не отказались. Оказалось, что фонарик на телефоне светит гораздо мощнее той самой единственной лампочки в палате. Побрили сверху всю ногу, теперь нужно приподымать её, чтобы побрить снизу. А после УЗИ я это не могу вообще сделать без звёздочек в глазах. Кое-как медленно приподняли ногу и начали быстро брить. Протерпеть без звука я смог секунд 10. Я объяснял это и доктору и им, что после УЗИ что-то произошло и я никак не могу вытерпеть это. Очень похоже как будто раскалённый лом изнутри пытается вылезти наружу. Причём до УЗИ я бы им свободно приподнял ногу. Опустили мою ногу, не сбрив волосы снизу. Лежу в отходняках. Они говорят, что под таким светом побрить как хочет доктор не получится. По их разговору было понятно что они считают, что доктор от них хочет невозможное. Ушли. Пришёл доктор, спросил, что не получается. Я объяснил ещё раз всю историю, и что не могу поднять ногу. Он взял под колено рукой, сказал расслабить ногу и свободно её приподнял, не болело ничего, чудо. Доктор опустил ногу и собрался идти всё высказывать медсестрам. Я его вслед попросил: "Поприсутствуйте, пожалуйста, при процессе, у медсестер так не получается держать ногу". Получил ответ: " Я не могу за всех делать их работу ". В чём-то я его понимаю. Ушёл. Вернулись совсем не воодушевлённые медсестры. Первое что услышал: "Почему вы доктору нормально даётесь ногу поднять, а нам нет". Я пытался оправдаться и в конце уже говорил: "Куда нужно тут платить, чтобы не участвовать в вашей войне с доктором". Следующие 30 минут моей жизни были незабываемы и нога была побрита (Слезу я непроизвольно всё же пустил. Не припомню, как давно я делал это последний раз.). Не хочу сказать, что медсестры не умеют это делать, просто они девушки, а доктор мужчина. У него хватало сил держать ногу в нужном положении, у них нет. Как нужно было обойти эту ситуацию, я не представляю. Сейчас, когда они ушли, я снова лежу на спине, простынь вся сползла и промокла подо мной насквозь, под простынью медицинский матрас, который вообще ничего не пропускает, практически в луже пота своего лежу, но впервые мне удобно. Лишь бы ещё раз не брить ногу. В 9.10 пришёл анестезиолог. Такса стандартная 5 т.р. Далее пришёл доктор, принёс чеки за пластину, и сказал что операция будет в 10.00. Настало 10.00 и меня покатили с третьего а пятый этаж, опять с этой чертовой гирей. В 5 тысяч анестезиолога входит плата за то, что ты отключишься на время операции, дабы 3 часа не лежать без дела. Привезли в операционную и минут 20 я просто лежал, наблюдая как подготавливают инструменты, с помощью которых будет произведена операция. Там был даже шуруповёрт обычный, строительный). В операционную зашёл анестезиолог и мне в спину в межпозвонки сделали инъекцию. Анестезиолог спросил, пошло ли тепло в ноги. Я ответил утвердительно и он удалился. Зашёл мой врач-травматолог и спросил, могу ли я подвигать ногами. Я не смог. Начали снимать гирю с пятки и я заорал. Боль никуда не ушла. Почему-то чувствительность отказала на здоровой ноге. А на больной пропала только функция движения. Врач мой удивился очень ( позже он будет у меня расспрашивать, не баловался ли я раньше наркотой, мой организм странно реагирует на анестезию) . Вызвали анестезиолога снова и я получил второй укол в спину. Далее мне ввели промедола и я отключился. Проснувшись на операционном столе через 3 часа, первое что я спросил, не храпел ли я. Было неудобно перед людьми. Мне сказали, что не храпел и повезли меня в гипсовочную, и далее в мою родную 312ю палату. От отходняков после наркоза, которых я опасался, меня спасла моя Оксана. Она сразу вызвала медсестру для укола, как только меня начало отпускать. Хоть где-то мне повезло и я обошёлся без садизма. Ура, гири больше нет! Осталось дождаться завтра и какого-нибудь вердикта от доктора.

День 8. Спать получилось с 23.00 до 01.00 пока действовал промедол. И по одному часу после двух таблеток кеторола. С 4 часов я бодрствовал. С утра пришла медсестра, взяла кровь и вколола антибиотики. За ней пришёл доктор, спросил самочувствие. Повертел моей ногой со стороны в сторону. Боль терпимая и слышен хруст. На операции мне скрепили большую берцовую кость, а малую не трогали, так как за одну операцию это не делается. Сказал, будем наблюдать и возможно оперировать повторно. Попросил, чтобы привезли костыли, надо двигаться. Разрешил вставать и поворачивать ногу. Ура! Как только он ушёл из палаты, я, похрустывая малоберцовой костью, повернулся как смог на бок и меня отключило. Сказывалось количество недосыпа. Надо сказать, я всех родственников и друзей отговаривал что-либо мне привозить кроме воды и просил навещать пореже. Мне так было проще, а после армии я есть могу всё, поэтому спокойно ел только больничную еду. Через час я подскочил от грохота и слов - хватит уже спать, поехали на рентген. С коляской ворвался хороший человек Ваня. Я пытался ему объяснить спросонья, что доктор вроде не назначал, но Ваня победил. Он сказал , что узнал у медсестёр, что рентген мне нужен, но отвезти меня они не могут, так как очень заняты (при этом она листала ленту инстаграмма). Ваня выпросил коляску и свозил сам меня на рентген. Оказалось, ему тоже когда-то досталось, и он тут был более чем местный. Получили снимок и слегка приуныли, малоберцовая прилично оттошла в сторону. Посмотрим, что скажет доктор в понедельник. Сегодня я дембельнулся со своего судна, кое-как на костылях добрался до туалета. Маленькая победа. На завтра план побег на тихом часу домой, очень хочется помыться. Впереди выходные, думаю ничего кроме перевязок и антибиотиков со мной делать не будут. Жду понедельника.

День 9. Суббота. Всё, я поспал. Жизнь наладилась. Нога не беспокоит. Относительно не беспокоит, конечно. Медленно, но уверенно на костылях сгонял в уборную. Когда возвращался, увидел девушку у палаты с инструментами для перевязки. Сказала : "Обыскались". Предложила дойти до перевязочной самому. Я ей скзазал, что с перекурами минут за 15-20 доберусь. Сказала: "долго" и мы проследовали в палату. Следом зашёл доктор. Сначала поворчал, что нельзя вставать на следующий день после операции на костыли без присмотра, потому что обычно кружится голова и сильно больно, так как кровь подступает к ране вниз, можно упасть. Ну вот если бы знал, что должно быть сильно больно, может бы и было, а так - терпимо. Потом сказал : "Ну раз ходить научился, то завтра на перевязку своим ходом". После этого обработал шов, снял дренаж, попросил у медсестры две салфетки и сказал : "Сейчас чуть поиздеваемся над пациентом". Морально, после всего что здесь было, я приготовился к аду. Но всё было в пределах разумного. Он салфетками с участков здоровой кожи к шву выдавливал всякую гадость, что там накопилась. Когда он закончил, а я это всё прекрасно перенёс, я ему сказал: " Хоть целый день можете так делать, лишь бы те девушки для бритья не приходили ". Он почему-то улыбнулся. Ушли. Заметил, что теперь прихватывает спину в позвонках, там где кололи эпидуралку. Аж останавливает дыхание на секунду. Ощущения незнакомые, так как спина у меня была всегда здоровая и ни разу в жизни не болела. Сделал для себя вывод, что больше никогда на эпидуралку не соглашусь, мне не понравилось. Общий наркоз я перенёс вообще незаметно для организма. Радость освобождения моей пятки от гири не покидает ни на секунду. Сейчас раздумываю насчёт второй операции на малую берцовую кость, хочу отказаться, так как думаю, нет никакой разницы оперировать сейчас, или через год, если она вдруг криво срастётся. Но может же произойти чудо и она срастётся вполне удачно, и тогда избегу второй операции. Хотя нога уже побрита, а сама операция в целом - фигня. Думаю обсудить это в понедельник с доктором, интересно его мнение насчёт этого. Сегодня даже появилось настроение посмотреть уже более вдумчиво на рынки акций и криптовалют, там походу тоже всё подскользнулось на пятне льда и падает вниз. Самое время докупать.План побега домой помыться сорвался, слишком на улице навалило снега, опасно мне на костылях там ещё прогуливаться , поэтому будем осваивать то, что предоставляет мне государство - больничный душ. Дождался родителей, замотали ногу пакетом, и, не без приключений (поиск нормального душа, разъезжающиеся по мокрому костыли, протекающий пакет и намокающий гипс, попадание в ванну через подоконник и прочее) удалось помыться. Ура-а-а-а, я счастлив. Я лежу на чистой простыни, помытый и укрываюсь чистым одеялом. Сегодня выявил или садистку или двоечницу из медсёстер. Та самая, котрая вгоняет антибиотики прям с разгону, когда твою мышцу распирает как пузырь, прям мерзко. Я даже спросил у неё, почему до неё у всех получалось сделать нормально, а у вас как-то не очень. Ответила: "Я уже семь лет колю уколы, всегда всё нормально было". Позиция, конечно, огонь, очень схожа с той, как некоторые бабушки и дедушки уверены, что раз они старые, значит они мудрые. Нееееет, если ты дурак, то когда ты стареешь, ты просто старый дурак, не более (простите, если задел чьи-то предубеждения). Далее она пришла второй раз и снова всё повторилось. Изначально я думал, что может другие антибиотики назначили просто, но когда заступила новая смена , и уже другая девушка вколола мне тоже самое, то в целом стало всё понятно. Такие люди, что поделать. Из радостей ещё - я могу смотреть в окно!

День 10 был без событий. День 11. Доктор сказал, что посмотрел мои снимки и с коллегами обсудил сложившуюся ситуацию. Решили - вторая операция не нужна, должно нормально срастись, походить месяц в гипсе. Амнистия в среду-четверг.