Институциональная комплементарность как фактор формирования социально-экономических систем Текст научной статьи по специальности «Политологические науки»
Аннотация научной статьи по политологическим наукам, автор научной работы — Липов Владимир Валентинович
Предложена концепция институциональной комплементарности СЭС . Ее составляющие структурная, функциональная, общая, экзогенная и эндогенная комплементарность институтов . Представлены элементы лестницы оснований институциональной архитектоники социально-экономических систем. К ним отнесены ценности, коллективные конвенции, институциональные формы и функции , институции , институты , институциональные сферы и блоки, базовые институты , социальные системы производства, режимы накопления, способы развития, СЭС , СЭМ , интеграционные объединения, глобальное хозяйство в целом. Показана связь между исходными основаниями структурной комплементарности и институциональными моделями капитализма .
Похожие темы научных работ по политологическим наукам , автор научной работы — Липов Владимир Валентинович
Institutional complementarity as a formation factor of social-economic systems
The institutional complementarity concept ( SES ) is proposed in the paper. Its components are the structural, functional, general, exogenous and endogenous institutions complementary. The author presents the elements of the institutional foundations of the architectonics of social and economic systems. They assign values, collective conventions, institutional forms and functions, the institutions, institutional scope and units, the basic institutions and production social systems, the accumulation and development modes, SES , SEM , integration associations, the global economy as a whole. The connection between the original grounds of structural complementarity and institutional models of capitalism is represented.
Текст научной работы на тему «Институциональная комплементарность как фактор формирования социально-экономических систем»
ИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ КОМПЛЕМЕНТАРНОСТЬ КАК ФАКТОР ФОРМИРОВАНИЯ СОЦИАЛЬНОЭКОНОМИЧЕСКИХ СИСТЕМ
ЛИПОВ ВЛАДИМИР ВАЛЕНТИНОВИЧ,
кандидат экономических наук, доцент, Харьковский национальный экономический университет,
Предложена концепция институциональной комплементарности СЭС. Ее составляющие — структурная, функциональная, общая, экзогенная и эндогенная комплементар-ность институтов. Представлены элементы лестницы оснований институциональной архитектоники социально-экономических систем. К ним отнесены ценности, коллективные конвенции, институциональные формы и функции, институции, институты, институциональные сферы и блоки, базовые институты, социальные системы производства, режимы накопления, способы развития, СЭС, СЭМ, интеграционные объединения, глобальное хозяйство в целом. Показана связь между исходными основаниями структурной комплементарности и институциональными моделями капитализма.
Ключевые слова: институт; институциональная комплементарность; институциональная форма и функция; институциональный блок; институция; лестница оснований институциональной архитектоники СЭС; модель капитализма; СЭМ; СЭС; структурная комплементарность; функциональная комплементарность.
The institutional complementarity concept (SES) is proposed in the paper. Its components are the structural, functional, general, exogenous and endogenous institutions complementary. The author presents the elements of the institutional foundations of the architectonics of social and economic systems. They assign values, collective conventions, institutional forms and functions, the institutions, institutional scope and units, the basic institutions and production social systems, the accumulation and development modes, SES, SEM, integration associations, the global economy as a whole. The connection between the original grounds of structural complementarity and institutional models of capitalism is represented.
Keywords: institution; institutional complementarity; institutional form and function; the institutional unit; institutional foundations of architectonics SES; model of capitalism; SEM, SES; structural complementarity; functional complementarity.
Коды классификатора JEL: B52, O5, P00, P16, P51.
Трансформационные преобразования 90-х гг. на постсоветском пространстве, бурное экономическое развитие НИС ЮВА, длительная стагнация экономик стран Африки и Латинской Америки стимулировали возрождение интереса к сравнительному анализу экономических систем (Ананьин 2004; Gregory 1995; La Porta 1998). Происходит переход от упрощенного их деления на рыночные и командно-управляемые
JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 4, № 1. 2012
JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 4, № 1. 2012
к пониманию многовариантности институционального устройства. Формируется течение сравнительного анализа капиталистических систем, концепция множественности вариантов капитализма (КМВК) (Hall 2001; 2004). Представители Теории регуляции (ТР) обращаются к более детальному анализу различий экономических моделей англо-саксонских, европейских, восточно-азиатских стран (Boyer 1995; 2005). Акцент смещается на изучение закономерностей институционального устройства и изменений. Масахико Аоки обращает внимание на комплементарную обусловленность корпоративного управления в японских корпорациях, ее взаимосвязь с особенностями национальной культуры (Aoki 1994). Тема комплементарности институционального (ИК) устройства привлекает внимание ученых, работающих в рамках КМВК, ТР, свой взгляд выдвигают российские ученые (Бессонова 2006; Кирдина 2001; Уланов 2004; Умников 2006; Фатеева 2006).
Предлагаются подходы (см. рис. 1), в которых акцентируется внимание на ИК как эффекте взаимодействия институтов (институции как комплементарные блага, институциональное равновесие, институция катализатор), на условия, которые обеспечивают ИК (подобие и когерентность институций), характер взаимодействия институций (институциональный дуализм, констелляция, сетевое взаимодействие), разнокаче-ственность, градуализм ИК (статический и динамический) (Липов 2011; Amable 1999; Deeg 2005; Hopner 2005; Streeck 2003). ИК как явление, отражающее целостность СЭС, рассматривается в рамках синергетического, впрочем, он скорее декларируется, чем используется, и диалектического подхода, применяемого российскими учеными в концепции ИМ (Кирдина 2001). В последнем случае исследование ИК ограничивается противопоставлением базовых и комплементарных институтов противоположных матриц. Следует отметить, что даже в рамках каждого из указанных подходов имеются существенные отличия в понимании ИК.
Рис. 1. Основные подходы к определению институциональной комплементарности
Каждая из упомянутых концепций позволяет прояснить множество частных аспектов взаимодействия институций и институтов. Достаточно привести пример градуали-стического подхода, акцентирующего внимание на интенсивности институционального взаимодействия (см. рис. 2). Однако, несмотря на то, что конечной задачей исследователей является изучение специфики социально-экономических систем (СЭС) в целом (само название концепций — множества вариантов капитализма, институциональных матриц (ИМ), теория регуляции — говорит об этом), ИК рассматривается в них скорее как частный случай, лишь один из возможных вариантов институционального взаимодействия, дополняемый другими его видами. Собственно общесистемный
характер комплементарности остается вне поля зрения исследователей, за деревьями не видно леса.
Совместимость Связность Структура
Рис. 2. Шкала измерения институциональной комплементарности по знаку и интенсивности
Изучение ИК как направления экономических исследований начинает формироваться лишь в конце 90-х гг. ХХ в. Однако теоретические предпосылки ее исследования мы находим уже в Древнем Риме. Плиний акцентирует внимание на том, что действенность римских законов основывается на длительном процессе их взаимного приспособления, необходимость которого признается ключевым моментом обеспечения эффективности законодательной системы, охватывающей разные стороны жизни социума. К этой же проблеме позже обращаются Макиавелли, Ч. Дарвин, А. Смит, К. Маркс. А. Фергюсон, У. Пети, Д. Лал; исследуя механизмы взаимного приспособления, приходят к выводу о непреднамеренности результатов коллективных человеческих действий. Эта непреднамеренность в представлении Ф. Бастиа, К. Менгера, Ф. Хайека, Ф. Мизеса превращается в источник гармонии. Ее формирование становится результатом действия невидимой руки — метафоры, позаимствованной у А. Смита. Уже в начале ХХ в. выпускник Харьковского университета А. Богданов выдвигает принцип дополнительности в качестве ключевого элемента формирования систем (Липов 2011, 6-40). Эта дополнительность предстает стержневым элементом концепции совместно-разделенных отношений А. Гриценко (Гриценко 2003).
Индивидуальный, конкретный человеческий труд в процессе эволюции человеческого хозяйствования все в большей степени вплетается, превращается в компонент сознательной совместной коллективной деятельности. Разделенность, индивидуализм, сочетается, составляет неотъемлемый компонент совместности. В своем единстве совместность и разделенность формируют основу системности человеческого общества. Эта дихотомия отражает стержневой момент дополнительности, комплементарности человеческих отношений и воплощается в противоборстве методологических подходов к исследованию процессов хозяйствования. Так, А. Смит лишь по одному разу употребил термин «невидимая рука» в «Теории нравственных чувств» и «Богатстве народов». Впрочем, этого оказалось достаточно для формирования дихотомии «невидимая рука» рынка/Провидения. Сторонники концепций экономической гармонии видят ее как явление непредустановленное/предустановленное. Борьбе всех против всех противостоит взаимное приспособление на основе моральных норм. В конечном итоге стихийному столкновению разрозненных индивидуальных интересов противостоят действия согласно институциональным нормам. С точки зрения методологии экономических исследований вопрос ставится в разрезе приоритета индуктивных или дедуктивных методов исследования, приоритете части либо целого, индивида или общества (Липов 2008, 14-29).
В конечном счете истоки противоречия мы находим в самом способе человеческого мышления. Зарождаясь в истоках человеческой цивилизации как обобщающее, абстрактно-образное восприятие мира, оно, лишь постепенно, в процессе эволюции
JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 4, № 1. 2012
JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 4, № 1. 2012
человека, вырабатывает свою альтернативу — рационально-логическое мышление. Окончательный приоритет последнего закрепляется лишь на этапе экономической модернизации общества. Таким образом, спор между сторонниками дедуктивного и индуктивного подходов можно свести к спору о необходимости отказа от лево- (логического) либо правополушарного (интуитивного) мышления. Хотя в данном случае любой здравомыслящий человек скажет, что лишь в своем единстве они способны дать наиболее адекватную картину мира. В этом противоборстве и отражается принцип единства и борьбы противоположностей.
В сфере науки в наиболее наглядной и убедительной форме он воплощается в предложенном в начале 20-х гг. ХХ в. Н. Бором принципе дополнительности. Его истоки состоят в толковании Н. Бором соотношения неопределенностей В. Гейзенберга, согласно которому невозможно одновременно определить с какой угодно точностью значения любых двух взаимосвязанных физических переменных, например координату и импульс электрона, волновые и корпускулярные свойства микрочастиц. Принцип дополнительности утверждает, что нет смысла приписывать одновременно объективную координату (или время) и объективный импульс (энергию) электрону или полю излучения. Связанные величины названы Н. Бором дополнительными, потому, что они, во-первых, взаимно исключают одна другую (уточнение значения одной ведет к росту неопределенности другой, дополнительной величины) и, во-вторых, с противоположной стороны, — они необходимы для обеспечения полного описания целостной системы, не могут существовать по отдельности. Термин «дополнительность», по утверждению Н. Бора, подчеркивает то обстоятельство, что «в противоречащих друг другу явлениях мы имеем дело с различными, но одинаково существенными аспектами единого, четко определенного комплекса сведений об объекте» (Бор 1971, 393).
Какое отношение предложенный Н. Бором принцип дополнительности имеет к проблеме институциональной комплементарности СЭС? Форма и функция элемента любой, в том числе и институциональной системы, институции, института представляют пример дополнительности, единства разноплановых противоположностей, лишь в совокупности обеспечивающих саму возможность существования институциональной системы. С одной стороны, функция есть способ существования институциональной формы, с другой — институциональная форма оправдывает свое существование лишь как носитель определенной функции. Лишь в своем единстве они формируют целостный институциональный элемент, блок, подсистему, систему. Они комплементарны, оказываются взаимозависимыми и дополняют друг друга. Относительность взаимозависимости институциональных функций и форм, их существование как открытых систем проявляется, во-первых, в том, что одна и та же институциональная форма может выполнять несколько функций (деньги). Во-вторых, разные институциональные формы могут выполнять одну и ту же функцию (социальная защита в моделях рыночного (РК), социал-демократического (СДК), мезокорпоративного капитализма (МК)). В-третьих, одни и те же функции в разных СЭС или в одной и той же СЭС в разное время могут выполнять разные институциональные формы (внешний контроль через биржу в РК и банк в СДК и МК) (Chang 2006, 2-3).
Акцент на собственно системном характере взаимодействия институтов предполагает выделение в качестве основания системных характеристик взаимодействия. Таковыми представляются структурные и функциональные связи между элементами СЭС. Соответственно можно выделить три типа институциональной комплементарно-сти — структурную (Ст. К), комплементарность институциональных форм, функциональную, процессуальную комплементарность функций, выполняемых институтами (ФК) и общую комплементрность (ОК), как совокупность Ст.К и ФК (см. рис. 3).
Структурная комплементарность. Институциональные формы. Сфера явленческого
Функциональная комплементарность. Институциональные функции. Сфера сущностного Общая ИК. Сочетание Ст.К и ФК Сфера действительного
Рис. 3. Место типов ИК в отображении социальных отношений
Ст.К отражает взаимосвязь форм хозяйствования, закладывается на уровне социальных ориентаций ценностной системы и основывается на принципе подобия институтов. Принцип подобия предполагает изоморфизм институциональных форм относительно доминирующей в данной институциональной системе социальной ориентации ценностной системы. Диалектика отношений альтернативных (индивидуализм/ коллективизм) принципов социальной ориентации в рамках структурной комплемен-тарности социально-экономических систем предполагает существование в рамках системы как целого, основанного на определенном принципе социальной ориентации, ее противоположности, «иного», являющегося необходимым условием развития противоречия и взаимодействия противоположностей, обеспечивающих развитие «своего» через «иное».
ФК характеризует функциональную и процессуальную целостность системы, опирается на принципы институциональной цельности, связности и последовательности. Принцип целостности предполагает внутреннее единство функций, осуществляемых институциональной системой, охват ими всех аспектов жизнедеятельности системы, необходимых для обеспечения ее существования. Принцип связности означает комплексное взаимодействие и взаимообусловленность институциональных функций, когда каждая из них является условием осуществления других и одновременно в качестве ресурсов собственного существования имеет результаты выполнения других институциональных функций. Принцип последовательности предполагает непрерывное, упорядоченное, закономерно следующее в соответствии с функциональной необходимостью, взаимообусловленное взаимодействие институциональных функций, в рамках выполнения ими, как элементами системы, возлагаемых задач. Сочетание Ст.К и ФК обеспечивает единство институциональных форм и функций, оптимизацию экономической системы.
ОК можно охарактеризовать как множество всех комплементарных взаимодействий относительно самостоятельных элементов институциональной системы, обеспечивающее существование СЭС как системного целого. Она характеризует единство структурных и функциональных свойств институциональной системы, обусловленных внешними и внутренними связями и взаимодействиями, имеющих упорядоченный характер, объединенных на постоянной основе и обеспечивающих ее целостность, внутреннюю дифференциацию, самоиндентификацию и саморазвитие.
Рис. 4 иллюстрирует связь между характером комплементарности на общесистемном уровне и особенностями СЭС. Высокий уровень Ст.К при слабой ФК (левый верхний угол диаграммы) — место авторитарных государств, стремящихся поставить под полный контроль как политическую, так и хозяйственную жизнь в обществе. Левый нижний угол, суммативная целостность, предполагает полное отсутствие как Ст.К, так и ФК между институтами, развал государства. Пример — катастрофические последствия революционных событий для имперских образований, когда относительно легкий разрыв структурных связей ведет к разрушению функционального взаимодействия.
JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 4, № 1. 2012
JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 4, № 1. 2012
Сильная Ст.К при слабой
Сочетание сильной Ст.К и ФК,
Ст.К, мотив -ценности, принуждение
Слабые Ст.К. и ФК (крах СЭС)
Высокий уровень ФК при слабой Ст.К (сети, МС, ТНК по отношению к государству)
ФК, мотив рациональный расчет, принуждение
Рис. 4. Двумерная ИК и специфика СЭС
Правый нижний угол — сфера деятельности сетей, местных сообществ (МС), ТНК. Смещение СЭС в сторону сокращения влияния Ст.К и роста значимости ФК отражает тенденции, связанные с глобализацией, информатизацией и развитием экономики знаний, демократизацией общественной жизни, всеобщим распространением сетевых структур, активным применением компенсационных институтов. Общность интересов компенсирует отсутствие или слабый характер принуждения. Ключевое значение приобретает функциональная взаимосвязь. Наличие сильного гражданского общества, способного выступать в качестве фактора структурной интеграции, представляется условием успеха существования государства. Сюда же можно отнести и случай «приватизации» государства со стороны крупных олигополистических структур, превращения его в орудие защиты их собственных интересов. На той же основе строится и политика иностранных ТНК в развивающихся странах. Верхний правый угол занимают государства, успех развития которых связан с обеспечением высокого уровня как Ст.К, так и ФК. К этой группе относятся страны как с индивидуально-конкурентной (США, Англия), так и с группово-кооперативной (ФРГ), эгалитаристско-коллективистской (Япония) социальной ориентацией.
Характер включенности в институциональную систему факторов, влияющих на состав институциональных элементов и их взаимодействие, а также выбор уровня анализа институциональной комплементарности предполагают выделение эндогенной и экзогенной комплементарности экономических систем. Эндогенная комплементар-ность отражает взаимодействие институций в рамках институциональной системы, подсистемы, института. Экзогенная комплементарность — качество взаимодействия институциональной системы с внешней средой, элементами которой могут быть как другие институциональные системы, так и неинституциональные явления хозяйствования, оказывающие влияние на функционирование системы. Ключевое значение в их числе принадлежит материально-технологическим условиям среды ее существования.
ФК и Ст.К находят воплощение как на общесистемном уровне, так и на уровне отдельных компонентов, подсистем институциональных систем, формирующих своеобразную лестницу оснований. Они составляют ключевой, но не единственный аспект институционального взаимодействия в рамках СЭС и по-разному проявляются на разных уровнях лестницы оснований институциональной архитектоники СЭС. Ее элементами являются социальные ориентации ценностной системы, индивидуальные знания, умения и навыки, организационные рутины, коллективные конвенции, ин-
ституциональные формы и функции, институции, институты как организационные формы координации и управления трансакционными издержками, институциональные сферы и блоки, базовые институты, социальные системы производства, режимы накопления, способы развития, социально-экономические системы, социальноэкономические модели, интеграционные объединения, глобальное хозяйство в целом (см. табл. 1).
Лестница оснований институциональной архитектоники СЭС
Уровень Элемент институциональной архитектоники
Индивидуальные знания, умения, навыки, организационные рутины
Микроэкономический Коллективные конвенции
Организационные формы координации и управления трансакционными издержками, в том числе иерархии (организации)
Мезоуровень Базовые институты социальных сфер (идеологические, правовые, политические, экономические)
Институциональные блоки в рамках социальных сфер (в экономике — ФС, КУ, ПО, ОПП, НСИ, ГВБ и т. д.)
Макроэкономический Социальные системы производства
Режимы накопления и способы развития
Мегаэкономический Социально-экономические модели (РК, СДК, ПК, МК, ППК)
Интеграционные союзы (ЕС)
Наноуровень лестницы оснований институциональной архитектоники СЭС составляют ценности, индивидуальные знания, умения, навыки, организационные рутины, институциональные формы и функции. Ценность — стабильное, объективированное субъективно-психологические регулятивное внутреннее отношение личности, определяющее мировоззрение, нацеленность и характер ее экономической активности (Липов 2004, 66). Социальные ориентации ценностной системы закладывают принципы формирования Ст.К СЭС. В структурном отношении мы имеем дело с иерархической соподчиненностью (социальные ориентации формируют идеологию, фиксируемую в политических, закрепляемую в правовых и находящую свое выражение в экономических институтах). Ключевое значение для формирования специфики экономических отношений в рамах СЭС представляет соотношение коллективизм/индивидуализм, отношение к неопределенности, дистанция власти. Динамика движения ценностей от коллективизма к индивидуализму, от высокой к незначительной дистанции власти, от непринятия к принятию неопределенности оказывается связанной со стадией модернизационного процесса, на которой находится общество. Р. Инглхарт и К. Вельцель предлагают двумерную шкалу ценностей. Одно ее измерение составляют оппозиция ценностей, традиционные/секулярно-рациональные, другое — выживание/самоактуализация (Инглхарт 2011). Этап модернизации, становления индустриального общества, перехода от доминирования натурального к экономическому способу хозяйствования связывается с усложнением структуры совместно-разделенной дея-
JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 4, № 1. 2012
JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 4, № 1. 2012
тельности человека, ростом ее индивидуализации. При этом сохраняется ориентация на ценности выживания, но уже не как части группы, а как независимого субъекта. Этап постмодернизации, формирования постиндустриального, постэкономического общества, на котором находятся высокоразвитые страны мира, знаменуется переходом от ценностей индивидуального выживания к ценностям самоактуализации. Она же возможна лишь по отношению к другим членам социума. В результате формируются объективные основания возврата на новой стадии социально-экономического развития общества к приоритету коллективистских ориентаций ценностной системы.
Отличия между ценностями и институциями иллюстрирует рис. 5. Если первые отражают объективируемые социальной реальностью отношения субъекта к явлениям окружающего мира, то вторые задают нормы межсубъектных отношений.
Духовные, материальные явления СИВ СИВ СИВ СИВ
Рис. 5. Институциональное взаимодействие: ценности и институции. СИВ — субъект институционального взаимодействия
Институциональные формы — это обусловленные конкретными социальноэкономическими и технологическими условиями существования общества образцы, способы, правила, нормы поведения, которые регулируют порядок социального взаимодействия в обществе. Это специфические формальные и неформальные способы фиксации норм, регламентирующих поведение людей. К первым относятся конституция, законодательные акты, правила, инструкции, в том числе нормы, регламентирующие отношения собственности. Ко вторым — традиции, обычаи, обряды. Они определяют статус, сферу применения, характер, меру ответственности за невыполнение норм. С содержательной стороны, институциональные формы — это обусловленные конкретными материально-технологическими, социально-экономическими условиями окружающей среды образцы, способы, правила, нормы поведения, регулирующие порядок социального взаимодействия в обществе. Диалектика ИК институциональных форм оказывается связанной с их включенностью, встроенностью в институциональную систему. Институциональная форма не существует сама по себе. Она — элемент структурированной системы социальных отношений. Даже будучи относительно самостоятельной, само условие своего существования она черпает из существования других институциональных форм. При этом опора на один из альтернативных принципов социальной ориентации автоматически предполагает наличие институциональных форм, основанных на противоположном принципе. Так, законодательство, обеспечивающее право частной собственности, приоритет индивида, само по себе является коллективным благом, своей предпосылкой имеет коллективную легитимацию индивидуальных интересов. Без таковой оно будет оставаться лишь декларацией о намерениях. С противоположной стороны, формирование государственного бюджета, коллективного блага в странах с рыночной экономикой возможно лишь на основе успешной деятельности предпринимательских структур, обеспечивающих свой индивидуальный интерес. Отношения комплементарности обретают опосредованный характер. Форма, ориентированная на индивидуальный интерес, своим результатом имеет обеспечение коллективного, и наоборот.
Институциональные функции — задачи, роли, выполняемые отдельными институтами в СЭС; стандартизированные социальные действия, отражающие взаимозависимость участников институционального взаимодействия. Их содержание — со-
циально укорененное действие, способное закрепиться в качестве постоянно воспроизводимой функции экономических субъектов.
Элементами микроэкономического уровня лестницы оснований институциональной архитектоники СЭС выступают коллективные конвенции, институции, институциональные органы, институты-иерархии (организации) как частный случай организационных институциональных форм координации и управления трансакционными издержками.
Коллективные конвенции опосредуют связь между ценностями и институтами. Они выражают общественные договоренности о принятии и способах применения институтов (Кирчик 2010). Конвенции являются тем элементом институциональной системы, который обеспечивает ее динамизм, изменчивость. Ключевая роль в их принятии или отторжении принадлежит элитным группам общества. Они выступают в качестве своеобразных «лидеров потребительских предпочтений» в отношении институтов. На уровне ФК конвенции выражают коллективные интересы соответствующих групп общества. Ст.К связывает институциональные формы с традициями национальной культуры, закрепляемыми в ценностях.
Институции — элементарный, простейший строительный кирпичик институциональной системы. Воплощаясь в институциональной форме, они оправдывают свое существование благодаря выполняемой функции. Институции, утверждают О. Иншаков и Д. Фролов, — социальные формы функций субъектов, объектов, процессов и результатов экономической деятельности, обеспечивающие эволюцию системы общественного разделения труда на основе статусов, норм, правил, инструкций, регламентов, контрактов, стандартов и порядков (Иншаков 2010, 67). Суть институции, утверждают ученые, состоит в закреплении образа действия, производным от которого становится образ мышления субъектов. Это уровень взаимосвязи формы и функции. Специфика институциональной формы обусловливается функцией, на нее возлагаемой. Функция, в свою очередь, задается институциональной формой. Наличие функциональной лакуны, пробела — исходный момент создания новой институции. Ее ФК предопределяется связностью и последовательностью функций в рамках института, в который они включена. Ст.К задается на этапе формирования институции подобием, изоморфизмом основополагающему принципу социальной ориентации институциональной системы, в которую включается институция (базовый институт труда (служебный либо наемный)) в Х- и У-матрицах (Кирдина 2001, 270, 276).
Промежуточным звеном между институтом и институцией выступает институциональный орган — специализированный, относительно обособленный в рамках внутренней структуры организации комплекс институций, осуществляющий отдельные системные функции. Выделение институционального органа в качестве самостоятельного элемента анализа институциональной архитектоники связано с тем, что, как правило, выполнение определенной функции требует включения одновременно группы институций, выступающих как единое целое (Иншаков 2010, 73).
Институты — организационные формы социального взаимодействия, обеспечивающие координацию деятельности экономических субъектов и оптимизацию трансакционных издержек в соответствии с особенностями возлагаемых на них задач. Это функционирующие комплексы комплементарных институций. К ним относятся община, домохозяйство, местные сообщества, государство, рынок, сетевые структуры, отношенческий контракт, иерархии. Ст.К институций в рамках института обеспечивается их изоморфизмом относительно основополагающего принципа социальной ориентации. ФК — цельностью, связностью и последовательностью выполняемых функций как элементов целостной институциональной системы.
JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 4, № 1. 2012
JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 4, № 1. 2012
О. Иншаков и Д. Фролов обращают внимание на некорректность употребления по отношению к нормам социального взаимодействия термина «институт» (Иншаков 2010, 64-74). Ученые разграничивают понятия институт и институция. Они утверждают, что традиция употребления в отношении социальных норм термина «институт» зародилась в русскоязычной литературе в результате некорректного его перевода на русский язык в издании работы Т. Веблена «Теория праздного класса». Английский institution (обычай, заведенный порядок) был переведен как институт (institute — порядок, закрепленный в форме закона или учреждения), а не институция. Дифференциация этих понятий помогает высветить отличия между институциями как нормами социального взаимодействия и институтами как организационными его формами. Институция, отмечают О. Иншаков и Д. Фролов, является исходным элементом структуры и играет социально-функциональную роль. Институт имеет социально-структурную природу. На игнорирование в КМВК отличий между институтом и институцией обращает внимание Н. Болиари (Boliari 2007).
Институты как иерархические организации представляются частным случаем институциональных форм координации и управления трансакционными издержками. Я. Кузьмин и М. Юдкевич, на основе анализа работ лауреатов Нобелевской премии по экономике (2009). О. Уильямсона и Э. Остром, выделяют следующие институты управления трансакциями: фирма (организация), отношенческий контракт, рынок, «Общее дело» (местные сообщества по Э. Остром), общину (реципрокные отношения по К. Поланьи) (Кузьминов 2010, 97-98). Р. Буайе и Р. Холлингсворфм рассматривают институты как способы координации и выделяют в качестве ключевых следующие: государство, рынок, иерархии, местные сообщества (МС), сетевые структуры и ассоциации (см. рис. 6) (Boyer 2005, 534). Основаниями классификации являются характер распределения власти и мотивация взаимодействия.
Однако предложенные классификации организационных форм социальной интеграции в соответствии со спецификой организации внутренних трансакций и способами координации не исчерпывают всего их спектра.