Путешествуем с «Культурой». Страна орлов и бункеров

Я въезжала в Албанию из соседней Черногории — меня ждала экскурсия одного дня. Не могла удержаться, чтобы хоть ненадолго не проникнуть туда, куда столько лет было нельзя. Причем это «нельзя» имело очень материальное выражение — километры колючей проволоки под высоким напряжением опоясывали страну. «Колючий» занавес пал только в 1991 году.

В то время, если на улице появлялся автомобиль, все знали: едет член партии. К моменту падения режима Энвера Ходжи на всю Албанию насчитывалось около тысячи автомобилей. Сегодня их уже почти полмиллиона. Да еще туристические автобусы…

Вернулся пограничник с мешком и устроил лотерею по-албански. Из мешка извлекается паспорт, звучит искаженная фамилия владельца — драгоценный приз в красной корочке отправляется победителю. Когда все туристы «выиграли» свои паспорта, мы двинулись дальше — на встречу с Тираной.

После открытия границ в 90-е годы албанцы буквально рванули на зарубежные заработки. Более десяти процентов населения отправилось пытать счастье в других странах. По дороге от границы к Тиране — вдоль трассы — сплошная стройка. Дома частные, двух- и трехэтажные, каменные, основательные. Над каждым — по два государственных флага: один, понятно, албанский, второй — где-то итальянский, где-то греческий, где-то американский. Гид объясняет: по флагу все знают, в какой стране работает кто-то из этой семьи и на какие деньги строится дом. Албанцы — люди благодарные. А еще — по-детски трогательные: кроме флага почти в каждом строящемся доме в оконном пролете висит по огромной мягкой игрушке — что-то вроде талисмана на счастье. Впрочем, со стороны розовые слоны, синие зайцы, медведи всех мастей выглядят зловеще: не сразу разберешь, кто болтается в зияющей дыре.

С одной из главных туристических достопримечательностей Албании — она же серьезнейшая проблема, у которой пока нет решения, — сталкиваешься почти сразу после границы. 700 тысяч бетонных бункеров, как язвы, разбросаны по телу всей страны. Построил их Энвер Ходжа. Архитектора и строителей подозрительный лидер заставлял какое-то время жить в бункерах. Если постройка не обрушивалась и все коммуникации функционировали нормально, объект принимался партией. Отсюда отменное — на века — качество. Стоимость одного солдатского бункера равна стоимости местной квартиры, офицерского — большого дома. Беда в том, что разрушение бункеров обойдется в ту же кругленькую сумму, что и их строительство. Таких денег у Албании, конечно, нет. В некоторых бункерах сейчас пробуют делать кафе, молодежь использует их по своему усмотрению. Однако это единичные случаи. Наверное, человек, который придумает, как распорядиться таким наследством, может претендовать на Нобелевскую премию.

Дорожное движение в Албании — своеобразное, а-ля броуновское. Кажется, за 20 лет албанцы так и не смогли привыкнуть к серьезному трафику. В Тиране светофоров много, но это неважно. Машины и люди движутся, невзирая на цветовые сигналы. Единственный светофор в Шкодере — не более чем местная достопримечательность, не хуже знаменитого музея атеизма. Кстати, в 1967 году Албания стала первой и единственной в мире официально атеистической страной. Любые религии были запрещены, а мечети и церкви либо уничтожены, либо переиначены в соцобъекты.

Сейчас примерно 70 процентов албанцев — мусульмане-сунниты. Однако большинство относится к религии очень спокойно. Женщин в хиджабах я видела всего пару раз. Молодежь же выглядит совсем по-европейски, валяется на траве с баночкой колы и сэндвичем. Разве что голых животов не увидишь да стринги не рвутся на свободу из-под джинсов. Но это скорее вопрос культуры. Даже те пожилые люди, что одеты в очевидно латаную-перелатаную одежду, все равно отглажены и выглядят аккуратистами. Кстати, албанцы вовсе не смуглые, а белокожие, к тому же часто светловолосые.

В Тиране — главном городе и самом популярном туристическом месте — уже появились вполне европейские кафе и рестораны. С вкусно поесть проблем нет. Особенно если у вас широкий шаг и вы легко можете перешагнуть через арматуру, бесконечный бытовой мусор и крыс размером с кошку, чтобы войти в ресторан. Тирана — город контрастов.

По-своему контрастен и вопрос чистоты в Албании: вдоль дорог беззастенчиво переливаются мусорные дюны, в учреждениях, кафе и, главное, в частных домах — идеальная чистота. В самой что ни на есть придорожной забегаловке — ни пылинки, а в уютном дворике — свой маленький садик с обязательным фонтаном. Выходишь на улицу — снова дюны…

С флага Албании в 1992 году слетела красная коммунистическая звезда в золотой окантовке. На красном фоне остался лишь черный двуглавый орел. Фон — символ крови, пролитой албанцами за свободу от турецкого ига. Местные жители называют свою страну Shqiperia, то есть «Земля орлов». Выходит, что ни албанец, то орел — по духу и образу жизни схожий с гордой свободолюбивой птицей.

Один такой «орел» кажется героем мифическим, а между тем был сначала президентом республики, а потом, с 1928 по 1939 год, — королем страны. Ахмет Зогу пережил более полусотни покушений. В 1931 году при выходе из Венского театра лично отстреливался от карауливших его убийц и только благодаря этому остался жив. Считается, что это единственный случай в современной истории, когда глава государства применил оружие, защищая свою жизнь.

Те, кто захочет приехать в Албанию самостоятельно, должны помнить: эта страна потребует от вас много свободного времени — из-за очень плохой транспортной инфраструктуры; терпения и доброты — не все здесь привычно и соразмерно европейским меркам. Но для настоящего путешественника в Албании — горы открытий.