Главком ВВС Владимир Михайлов: Троянов - далеко не отличник

Пилот разбившегося в Литве истребителя Су-27 вернулся домой. Корреспонденты «КП» первыми встретились с воссоединенной семьей.

Двое детей Валерия Троянова ждали отца в военном городке под Питером три недели. Именно столько литовская комиссия убеждалась, что наш пилот не нарочно разбил о прибалтийскую землю машину стоимостью в $22 миллиона.

Но из Калининграда спецрейс с Трояновым сперва взял курс не в Питер, в Лодейное Поле, где служит Троянов, а на подмосковный «Чкаловский».

- Это что, из-за нас, репортеров, летчика везут с остановкой в Москве? - спросили мы у заместителя Главкома ВВС Анатолия Ноговицына.

- Да нет, просто Троянов летит на Ту-154, а аэродром в Лодейном Поле не может принять такой самолет. Мы пересадим его на другой.

В десятом часу вечера лайнер с пилотом Су-27 наконец сел на «Чкаловском», и Троянов с женой вышли к журналистам. Пилот был краток:

- Чувствую себя нормально. На Литву обид нет. Если медкомиссия разрешит, продолжу службу. - И, поблагодарив всех причастных к его возвращению, Валерий Троянов поспешил к другому самолету.

Между тем Главком ВВС России Владимир Михайлов по-своему оценил историю с падением самолета:

- Большой вины пилота в случившемся нет. Но и сказать, что Троянов отличник и случайно потерял ориентировку, нельзя. У него было достаточно дополнительных средств, которыми он мог воспользоваться. А после того как вышло из строя навигационное оборудование, ему надо было сразу включить сигнал бедствия.

Михайлов отметил, что «безответственность рождает серьезные летные происшествия». Аварию Су-27 в Литве генерал отнес именно к таким ЧП, но пообещал, что Троянова наказывать не будут.

- Может, наградят? - осторожно спросили мы у главкома.

- Расследуют! Может быть, он Героя России заслужит, - отшутился Михайлов. - Потому что систему ПВО НАТО проверил, чего мы раньше никак сделать не смогли.

Сам Троянов себя героем не чувствует и, вернувшись, от встреч своей семьи с журналистами отказывается. Исключение сделал только для «Комсомолки».

- Оля, чем стали для вас эти три недели, проведенные под домашним арестом в Литве? - спросили мы супругу летчика.

- Испытанием, которое нужно было пережить, - вздохнув, ответила женщина. - 20 дней неизвестности, тревожного ожидания, что же станет с Валерой. Но мы выдержали.

Во время ареста в гостинице Валера мало двигался. Поэтому каждый наш день начинался с зарядки. Иногда я делала Валере массаж, после катапультирования у него болела спина.

- Оля, вы бы еще раз поехали в Литву?

- Да. Ни я, ни Валера не можем сказать ничего плохого. В прокуратуре к Валере относились корректно. Охранники, дежурившие возле нас круглосуточно, - тоже.

По ночам, чтобы не замерзнуть, они иногда включали двигатель в своей машине. А наутро вежливо интересовались у нас, не мешал ли нам шум мотора.

. Уже в субботу, 8 октября, майор Валерий Троянов вышел на службу. В 177-м полку ВВС был обычный по субботам паркохозяйственный день. Валерий Троянов теперь в шутку здоровается с родными и друзьями не иначе, как «Лабус!». Это в переводе с литовского означает «Привет!».

- Валерий, сейчас говорят, что одной из причин аварии стал человеческий фактор. Якобы в последнее время вы мало летали и потеряли навыки.

- С налетами у меня все нормально, а в причинах аварии разберется комиссия.

- И все-таки была ли уничтожена система «свой-чужой», о которой так много говорят в последнее время? Почему-то литовцы утверждают, что этого не произошло, а российские военные заверяют, что система уничтожена.

- Литовцы могут говорить все что угодно. В данном случае правда на нашей стороне.

- Вы сами уничтожили эту систему, перед тем как покинуть самолет?

- Летчики, которым приходилось катапультироваться, знают, что это такое. Нужно нажать на определенные кнопки и успеть покинуть самолет. Нет, система уничтожилась сама.

Предположительно на следующей неделе, когда будут собраны все необходимые документы, Валерий Троянов пройдет медобследование. После катапультирования это нужно каждому летчику. А пока он радуется встрече с детьми.

На прощание мы спросили у дочери летчика 11-летней Алены:

- Папа изменился за время отсутствия?

Улыбчивая девочка, обнимая отца, ответила:

- Я его еще как следует не рассмотрела.

Главком ВВС Владимир Михайлов: Троянов - далеко не отличник

Читайте также