Иван Соколов-Микитов: Полнота сердца – любовь к людям

Иван Сергеевич Соколов-Микитов (1892–1975) вырос в крестьянской семье на Смоленщине и навсегда полюбил «срединную часть России». На этом пасторальная часть его биографии заканчивается и начинается бурная скитальческая. «Я по характеру бродяга», – писал Соколов. Страсть к приключениям привела его в революционную молодежную организацию, за что он был исключен из Смоленского реального училища. Уехав в Петербург, по настоянию отца поступил на сельскохозяйственные курсы. В качестве корреспондента небольшой эстонской газеты совершил несколько морских круизов. Сражался на фронтах Первой мировой. Летал на первом в России тяжелом бомбардировщике «Илья Муромец». Был санитаром, учителем, матросом. Появились первые рассказы, высоко оцененные Буниным и Куприным.

В 1920-м Соколов служил матросом на пароходе «Омск». Во время стоянки в Англии пароход был продан, а команда списана на берег. Соколов с приключениями, без гроша в кармане два года добирался через Германию в Россию. В Берлине виделся с Куприным, Ремизовым, Горьким (тот помог ему добраться до дома). Об этой одиссее – автобиографический рассказ «Чижикова лавра». В 1930-х годах как корреспондент «Известий» Соколов участвовал в арктических экспедициях под руководством О. Шмидта.

В редакции издательства «Круг», которое возглавлял А.К. Воронский, Соколов познакомился со своей будущей женой Лидией. Они прожили в любви и согласии более полувека. Родились три красавицы-дочки. Сначала умерла от болезни трехлетняя Лидочка, перед самой войной – от скоротечной чахотки семнадцатилетняя Арина, а после войны утонула, катаясь на лодке в ветреную погоду по карельскому озеру, Алёна, оставив маленького сына Сашу… Соколовы сразу как-то постарели, Иван Сергеевич начал слепнуть. Но никто и никогда не слышал от него ни слова жалобы. Гостеприимный, доброжелательный, остроумный, великолепный рассказчик, он притягивал к себе людей. «Это был человек теплый, как за день нагретый камень-валун, прислониться к нему, припасть хочется. И это было удивительным; не всегда грело Ивана Сергеевича солнце, были и пасмурные дни, а вот поди же – сумел он собрать, аккумулировать тепло и щедро делился им со всеми до конца жизни», – вспоминал Алексей Ливеровский (муж дочери Бианки, с семьей которого дружили Соколовы). Дом Соколовых всегда был гостеприимным. В Ленинграде у них собиралась вся творческая интеллигенция северной столицы: В. Бианки, Е. Замятин, О. Форш, Вяч. Шишков, Н. Тихонов, А. Прокофьев, художники, издатели, журналисты…

Но лучше всего работалось вдали от городов, и Иван Сергеевич приобрел избушку в лесу, в Карачарово, на Волге, рядом с Конаково. Калитка здесь никогда не закрывалась: Соколовы по-прежнему радушно встречали многочисленных посетителей. Частыми гостями были друзья Соколова-Микитова – К. Федин и А. Твардовский. Но было здесь и так любимое Соколовым уединение. «В моей карачаровской берлоге я сижу теперь в полнейшем одиночестве, – писал Соколов друзьям. – Топлю печку, пилю дрова, ношу воду и кашу варю. Со мной пес Жук и кошка Машка, которая ловит и приносит мне мышей, иногда по десятку в день. Осенью все лесные мыши собираются на зимовку в мой дом, почитая меня благодетелем, построившим для них специальную богадельню…» Под полом в карачаровской избушке жил еж с семейством. «Слышите? – говорил гостям Иван Сергеевич, и притихшие гости действительно слышали под полом тихое бормотание. – Это еж еженятам сказки рассказывает. Он еще петь начнет. Не верите?» И все знали: раз говорит, значит, так и есть: еж поет песенки. Об этом еже, о мышах, живущих в подполе, рассказывал, бывало, на крылечке Иван Сергеевич пришедшим из соседнего пионерлагеря ребятам. Об этом – его «Карачаровский домик» и другие книги для детей и взрослых.

В конце 1960-х Соколовы перебрались из Ленинграда в Москву: музыкально одаренного внука Сашу решили учить музыке в столице (Александр Соколов был министром культуры, ныне ректор Московской консерватории).

И.С. Соколова-Микитова называют главным в русской литературе ХХ века продолжателем традиций Тургенева. Недаром здесь и полное совпадение по имени-отчеству. Свои литературные корни сам он видел, помимо тургеневского наследия, в русской народной сказке, в творчестве С. Аксакова и Л. Толстого. Проза Соколова как глубокая и чистая река. Спокойствием, добротой, мудростью веет от его строк. Сборники его – «На теплой земле», «Год в лесу», «По охотничьим тропам», «У светлых истоков» – постоянно переиздавались в советское время, да и сейчас в любом книжном магазине на видном месте «Русский лес», «Звуки земли» и «Листопадничек»…

Соколов-Микитов писал: «Полнота сердца – любовь, внимание к людям, к природе – первое условие жизни, право на жизнь… Жизнь и людей я всегда любил и люблю беззаветно. Именно эта любовь к жизни, к родной земле давали мне силы, были основным мотивом моих писаний…»

К. Паустовский, поздравляя Соколова-Микитова с 70-летием, писал: «Думая о Вас, я всегда вспоминаю старинное народное изречение: велик Бог земли русской. Вы – чистейшее выражение народного нашего характера и красоты России».