Обещал, но не женился: обман - не преступление?

Заведомо ложное обещание жениться не может расцениваться как понуждение к сексуальным действиям, пояснил Верховный суд России. В этом случае нет состава преступления, указывают юристы. А вот если для вынужденного согласия применяется шантаж, угроза уничтожением, повреждением, изъятием имущества либо использование материальной или другой зависимости, тогда это должно рассматриваться судом как принуждение к сексу. "За" и "против" в действиях коварных обманщиков сопоставила корреспондент "Вестей ФМ" Марина Костюкевич.

Пылкие обещания в обмен на благосклонность. И в итоге - обман. Ситуация, не раз описанная в классике - "Бесприданнице", "Бедной Лизе", "Американской трагедии", да и в жизни встречающаяся нередко проанализирована юридически.

Верховный суд, убрав всю эмоциональную сторону вопроса, постановил: в этой ситуации нет состава преступления со стороны соблазнителя. Заведомо ложное обещание жениться не может расцениваться как понуждение к действиям сексуального характера, говорится в постановлении. И это - совершенно справедливо, говорит адвокат Московской коллегии адвокатов "Князев и партнеры" Георгий Тер-Акопов.

"Обещание жениться не является насилием. Можно обещать всю жизнь на руках носить, можно обещать шубу купить, можно обещать жениться. И здесь у человека есть право выбора. И при этом ничто никак не страдает - ни его должность, ни его личная жизнь. Такие объяснения имеют место: я пообещал жениться, и она согласилась. Факт того, что она согласилась - это добровольное вступление в связь. Это ей ничем не угрожало, кроме того, что на ней не женятся. А женюсь я на ком-то или не женюсь, это свобода моих действий и волеизъявления".

Безусловно, девушка, соглашаясь вступить в интимные отношения, только потому что на ней пообещали жениться, должна понимать, что этому обещанию может быть грош цена, рассуждает врач-сексолог, профессор Александр Полеев. Хотя у нас в стране сейчас такой довод приводится редко: обществом не осуждаются добрачные отношения. Потому если мужчина предлагает жениться, то женщина это вправе рассматривать как заявку на серьезность намерений. И обман здесь, хоть и не преступный, больно бьет по репутации. Причем мужчины, а не женщины, говорит наш эксперт.

"Как вы знаете, абсолютное большинство мужчин не дают таких обещаний, если не собираются это делать. Потому что выглядеть обманщиком никто не хочет. Конечно, уголовного преступления в этом нет. А вот морально. Я думаю, что этот мужчина будет морально наказан. В его референтной группе - а для нас, мужчин, это важно - мнение нашего близкого мужского сообщества, будут говорить: "этот Вася, для того чтобы овладеть Клавой, вынужден был пообещать ей жениться. Потому что иначе он уговорить девушку не может".

Однако не стоит забывать, указывает Георгий Тер-Акопов, что кроме ложных обещаний, где нет состава преступления, есть и другие, более серьезные психологические методы воздействия по принуждению к сексу.

"Угроза применения какого-либо насилия - либо физического, либо психологического. Скажем, лицу, который домогается женщины, известны какие-либо компрометирующие факты из ее личной жизни. Когда это может быть связано с увольнением, с работой, тогда вопрос стоит о некоем психологическом насилии".

И в этом случае как раз суд будет расценивать такое давление как понуждение к действиям сексуального характера. В постановлении Верховного суда это оговорено особо: "Шантаж, угроза увольнением, повреждением или изъятием имущества, либо использование материальной или иной зависимости потерпевшего лица расцениваются как воздейстиве с целью получения вынужденного согласия на сексуальные действия".

Обо всех этих нюансах должны помнить и женщины, и мужчины, которые готовы вступить в сексуальные отношения с кардинально противоположными намерениями.

Популярное

"Западные наёмники привыкли к войне, при которой с воздуха ничего не ждёшь"

СЕРГЕЙ МИХЕЕВ: "Западные наёмники чаще всего привыкли воевать в условиях партизанской войны, где не наносятся удары с воздуха. Они привыкли к войне, при которой с воздуха ничего не ждёшь. А если тебя с воздуха накрывают, это – совсем другая война".

"Война может закончиться сегодня, если Зеленский откажется от президентства"

ВИКТОР БАРАНЕЦ: "Война может закончиться сегодня, если Зеленский откажется от президентства, если прикажет армии остановить огонь, если народ Украины изберёт новую власть – позвольте, я помечтаю, наша операция может прекратиться и сегодня. Что касается переговоров, то здесь нужно сделать один стратегический вывод: переговоры никак не влияют на наш военный сценарий, и так же наш военный сценарий никак не влияет на переговоры".

"Новый уровень конфронтации означает, что Польша становится легитимной целью"

СЕРГЕЙ МИХЕЕВ: "Они пытаются напугать нас вступлением НАТО в войну? Кто будет конкретно воевать? Вы готовы к обмену ядерными ударами, что ли? Мне кажется, поляки гоношатся, потому что не знают, что с этим делать. Сейчас если Украина падёт окончательно, польская идея, что Польша - особенная и может реализовывать проект контроля от моря до моря, она проваливается".